Читаем Мой темный принц полностью

– Если бы вы были хорошим принцем, вы бы никогда не поставили под угрозу счастье своих подданных. Кроме того, допустим, я даже соглашусь. Но как я могу выдать себя за принцессу? – Она оттолкнула стул и поднялась. Подошла к буфету и поставила на него свою тарелку. Серебряные приборы звякнули о фарфор. – Я абсолютно не разбираюсь в придворных манерах.

– Я научу вас.

– Нет! – Она неистово затрясла головой. – Это уж слишком. Я не сделаю этого, и я должна идти. Пусть ваш Карл получает трон! Мне кажется, принцесса София с радостью предпочтет его вам. Отдадите приказ вашим людям остановить меня?

Стекло и серебро невинно посверкивали в солнечных лучах. Однажды, когда ему было двенадцать, он разбил целый набор бесценного глариенского хрусталя, раскрошив его на мельчайшие кусочки и сотворив море стеклянного льда, ярко горевшего на скатерти. Тогда это не помогло. Но сейчас Николас едва справился с искушением повторить эксперимент. Он сжал кулаки.

– Я бы предпочел убедить вас. Что для этого нужно? Продать дом вашей матери? Пустить по миру всех жителей Раскалл-Сент-Мэри? Держать вас здесь, пока не согласитесь?

Она побелела, только ноздри и веки очерчены розовым.

– Вы можете проделать все это разом, но заставить меня сыграть принцессу против моей воли все равно не сможете.

Он медленно и аккуратно разжал кулаки и положил ладони на стол, отодвинув в сторону чашки и тарелки. У него в рукаве осталась только одна карта, очень ненадежная карта, которую он вытянул сегодня утром в Клампер-Коттедже. Очевидно, придется рискнуть и бросить ее на стол.

– Вы правы. – Он уставился на белоснежную скатерть. – Сила действительно на вашей стороне. Причем так было с самого начала. Я пытался показать вам всю важность этой задачи и полагал, что в вас больше смелости и дерзости. Я ошибся. Ради Бога, возвращайтесь домой!

Пенни прошествовала по парку и лугам к старой тропинке, которая вела от Раскалл-Холла к Раскалл-Сент-Мэри. Ее так и подмывало оглянуться, но она стойко сопротивлялась этому желанию. Никакой погони на конях нет и быть не может. Это же Англия. Она не поддалась на выдумки принца и устояла перед его угрозами. Если он попытается отомстить ее матери, тем самым он только настроит против себя местных дворян, а у некоторых, между прочим, имеются весьма влиятельные связи. Вряд ли он станет так рисковать. Сейчас он никак не может позволить себе вызвать недовольство британских пэров. А что до якобы грозящей ей опасности со стороны его врагов… чушь! Это же просто смешно!

Белые облака наплывали на солнце, отбрасывая на поля бегущие тени. Дрозды щебетали и суетились в колючей изгороди. Воздух был напоен густым свежим ароматом цветов. Ничто не изменилось, за исключением того, что местные жители теперь не имели права свободно пользоваться Раскалл-Холлом. Она знала, что он говорит серьезно. Ни один из влиятельных людей округи не осудит лорда Эвенлоуда за то, что тот решил взять поместье в свои руки.

Тропинка уперлась в небольшую калитку в кирпичной стене за церковным двором. Она остановилась, положив руку на защелку, и прижалась лбом к избитым непогодой доскам. Если за ней никто не гнался, отчего же тогда она дышала так тяжело, с надрывом, а сердце бешено колотилось в груди?

«"Симпатичная" – совсем не то слово. Лучше сказать "прекрасна, красива, принцесса"».

Она чуть было не поверила в это, не так ли? На один краткий миг, стоя перед зеркалом с белой салфеткой на плечах, глядя на то, как его руки обхватили ее лицо, приподнимая волосы и создавая иллюзию модной прически и красоты, она практически поверила ему. Как глупо! Она уже давно узнала цену мужским комплиментам и лести!

И все же, как бы ни было больно это признавать, Пенни пришлось столкнуться с одним вопросом: хотелось бы ей, чтобы он нашел ее привлекательной? Ее, разумную и практичную Пенелопу Линдси? Страшной ее, конечно, не назовешь, но внешность у нее совершенно обычная. О Боже, это безумие какое-то!

«Я не имею к вам абсолютно никакого личного интереса».

Что ж, это и есть правда, и она с радостью принимает ее. Так лучше. Она криво усмехнулась, развернулась и уставилась в небо. Отчего ей вдруг показалось, что он собирается покуситься на ее добродетель? Ее спокойствие и ее безопасность – вот и все, на что он собирался покуситься, и это гораздо важнее в данных обстоятельствах, в любых обстоятельствах!

Облака медленно плыли в безбрежной синеве, меняя свои очертания. Он поймет, что ничего тут не добьется, и уберется восвояси, назад в Глариен, бороться со своим кузеном. Но что будет с селянами, с ней и с ее матерью, если они больше не смогут подбирать крохи с щедрого стола Раскалл-Холла? Или если он передумает и решит претворить в жизнь свой ультиматум?

«Клампер-Коттедж, где вы родились и выросли, мой. Вы знали об этом?»