Читаем Мой соперник полностью

Взгляд Гретхен блуждает по группе широкоплечих хоккеистов, посмеивающихся над какой-то внутренней шуткой и полностью игнорирующих нас. Вот и отлично – пусть подкатывает к хоккеистам. Теперь мне уже не нужно вести праздную болтовню. По крайней мере, пару минут.

Мысль о том, что я встречаюсь с одним из игроков «Титанов», настолько смехотворно абсурдна, что мое глупое разбитое сердечко даже почти не дрогнуло после комментария Гретхен.

– Нет, я… – все же лепечу я.

– Готово! – громко перебивает Холт, стоящий поблизости. Он похлопывает охранника по плечу и переступает порог, давая нам знак, чтобы следовали за ним.

Настало время проглотить жуткий ком в горле, сморгнуть слезы и ослепительно улыбнуться, будто я и впрямь прекрасно себя чувствую.

Когда мы оказываемся в клубе, музыка моментально обрушивается на нас, гулко отдаваясь в ушах.

Я шагаю по длинному коридору и толкаю дверь с надписью «ТОЛЬКО для ВИП-персон».

– Гретхен пошла за напитками. Ты что-то хотела? Догони ее, – советует Иден, принимая на себя естественную доминирующую роль в наших отношениях.

Я совершенно по-идиотски салютую и поворачиваюсь на каблуках к толпе, собирающейся вокруг круглого бара. Но Гретхен нет за стойкой, к которой я протискиваюсь. Однако я все равно заказываю имбирный эль с джином – мне надо немного взбодриться, чтобы пережить ночь.

И что теперь делать? Вернуться к Иден и Холту и смириться с печальной участью третьего лишнего? Попытаться завязать дружеский диалог с одним из не очень вежливых гигантов, с которыми я работаю?

Я делаю глоток напитка, в котором, оказывается, гораздо больше джина, чем имбирного эля. Ладно, много взбодриться, чтобы не чокнуться до рассвета.

Телефон вибрирует. Слава богу. Мне бы не помешало отвлечься.

Читаю сообщение от мамы.

«Здравствуй, милая. Интересно, вы с Дейлом приедете домой на выходные, как мы договаривались, или нет? Дай знать».

Что ж, это совсем не то, на что я надеялась. Когда вижу имя бывшего, на глаза всегда наворачиваются беспричинные слезы.

– Черт, – шепчу я, вытирая мокрые щеки тыльной стороной ладони.

Знала ведь, что стоило сразу рассказать семье о нашем разрыве. Я же, черт возьми, была уверена, что эта хрень укусит меня за мой глупый зад и у меня не получится так просто забыть о случившемся.

В голове проносятся слова Дейла.

«Я встретил другую. У нас есть химия. Ну что еще сказать? Мне жаль».

Ноги движутся сами по себе, несут меня в сторону уборных, где я продираюсь сквозь очередь, чтобы забиться в угол у пожарной лестницы. Я в некотором роде эксперт по слезам на публике, и симуляция телефонного звонка всегда являлась моим излюбленным приемом.

Отвернувшись от посторонних, прижимаю телефон к щеке, дабы скрыть мрачное выражение лица. У меня нет никаких намерений перезванивать маме. Просто надо выглядеть занятой, пока пытаюсь взять себя в руки при помощи размеренных глубоких вдохов.

– Ты в порядке?

Я моргаю, открываю заплаканные глаза и кошусь на какого-то высокого парня. Его лицо скрыто в тени.

– Да, спасибо.

– Уверена?

– Э-э-э, извини, я разговариваю.

– С кем?

Я игнорирую настойчивого типа. Отчаяние перерастает в бурлящую ярость. Неужели девушке нельзя спокойно поплакать в клубе?

– Похоже, с каким-то тупарем, – недовольно бубнит он. – И слова тебе не дает вставить.

Я присматриваюсь, готовая парировать любой дерьмовый флирт, который пытается затеять безмозглый идиот, но фразы застревают в горле.

Передо мной – не кто иной, как Алекс Браун. Звездный центровой «Титанов». Талантливый игрок нашей команды.

Пиар-угроза и экс-бойфренд моей начальницы. Алекс Браун. Ох, на запутанную историю их отношений можно потратить целый вечер.

Что, черт возьми, он здесь делает?

– Это моя мама, – наконец отвечаю я.

– Мама, значит?

Блин. Я смахиваю со щеки последнюю слезинку, а после снова открываю рот, намереваясь продолжить лгать, но мгновенно сдаюсь. Уже поздно, я попалась, и у меня даже нет сил или желания продолжать дурацкую игру.

– Ладно, ты меня разоблачил. – Я раздраженно бросаю телефон в сумочку, как бесполезный театральный аксессуар, коим он и является.

– Пока, мам, – ухмыляется Алекс, прислоняясь к стене. Кожаные туфли Алекса с гравировкой задевают мои черные сапожки.

Алекс – один из немногих мужчин, выбравших для мероприятия повседневный образ. Никакого пиджака, который скрывал бы рельефные мышцы предплечий. Закатанные рукава рубашки демонстрируют мускулы во всей красе.

Алекс наклоняет голову набок, поразительные голубые глаза неторопливо сканируют мое тело.

– Почему ты прячешься в углу, Аспен?

Я и не подозревала, что ему известно мое имя. Да, нас представили, но мне кажется, что, когда профессиональный спортсмен запоминает, как тебя зовут, это слегка ошеломляет.

Делаю медленный вдох, пытаясь взять себя в руки.

– Я не прячусь, а… восстанавливаюсь.