Женщина что толкнула его, теперь сидела рядом и пыталась резать филе.

– Этот повар точно имеет звезду? – на лице её отражалось усилие какое она прилагала, для того чтобы резать мясо. – Что-то я сомневаюсь.

– Думаете, его бы взяли в такое место если бы он её не имел? – попытался поддержать разговор Антон, хотя женщина ему была не слишком приятна.

Тёмное, закрытое платье, будто одеяние монашки, черты лица довольно привлекательные. В них уверенность и интеллект. И конечно строгость. От неё веяло кабинетной официальностью. Возраст почти сразу угадывался и по виду и выражению, чувствовалось ей не тридцать, но ещё и не сорок. Где-то посредине. Взгляд – пронзительный, оценивающий. Один такой взгляд и кажется она знает всё.

– Думаю, он просто шарлатан. Я не могу разрезать филе, которое стоит кучу денег, – она усмехнулась, что совершенно было неожиданно и лицо её тут же стало намного более симпатичным. – А вы, чем занимаетесь, простите за нескромный вопрос?

Антон смутился. Не мог же он сказать, что ничем не занимается и живёт за счёт своей девушки.

– Пока, я в поиске, – попытался ответить размыто.

Снова она оценивающе осмотрела его, усмехнулась и сказала так, что у него даже где-то в животе засосало:

– Понятно.

– А вы? – он попытался переключить её внимание.

– Я – судья.

Он поперхнулся кусочком салата и закашлялся.

– Люблю этот момент, – сказала она.

В этот вечер они встречались ещё несколько раз. У него стало возникать чувство, что эта женщина следит за ним. И хоть она мило улыбалась и поднимала бокал или просто одобрительно кивала, но то, что она – судья, каждый раз всплывало в памяти и совершенно не прибавляло желания общаться с ней вновь.

Впервые за долгое время он почти ничего не пил и после короткого разговора с ней, впервые почувствовал себя лишним. Какое-то неприятное ощущение принёс в жизнь Антона этот вечер. Эти люди вокруг – богатые и успешные. А он – никто. В поиске. Да, не зря она так посмотрела и усмехнулась.

Своим «понятно» она почти сказала – «Ну, ну, неудачник. Прилипало. Альфонс. Жигало». Да, вот так и перечислила, только в уме. И он, словно увидел себя, её взглядом.

7

Настроение совсем испортилось.

– Антоша, ну ты чего, ну давай, – Лена елозила по нему, а он никак не мог настроиться на подходящую волну, – ну ты чего?

– Не хочу, – он отодвинул её и сел на кровати.

Лена опять потянулась и стала покусывать ему ухо, взъерошивать волосы. Тогда он резко встал.

– В чём дело? – она быстро сменила градус настроения. – Что опять не так? Может, скажешь, чтобы я уже знала. А то под тебя не подстроишься.

Он остановился у окна. За стеклом, сколько хватало взгляда раскинулся город. Там внизу люди, идут куда-то. Они заняты, им некогда оглядываться. Спешат на работу или домой, к друзьям или в театр. У них у всех есть дело. А он никак не может понять чего хочет от жизни, чем заниматься?

Если кто-то ещё раз спросит «Чем вы занимаетесь?» – он хочет знать ответ. Хочет гордо посмотреть в глаза человеку и сказать «Я -…».

Кто?

– Я должен что-то делать, – он обернулся.

– Что? – не поняла Лена.

– Я должен найти работу.

– Ну хорошо, скажу папе, пусть найдёт тебе работу.

– Я должен сделать это сам.

Резко он пошел к шкафу, покопался, достал вещи в которых когда-то пришел в эту квартиру, но потом больше никогда не надевал. Потому что Лена накупила ему столько вещей, сколько он никогда не ожидал увидеть в своём шкафу.

– Ты чего?

– Не спрашивай. Я ухожу.

– Куда?

– Домой.

– Ты серьёзно? – она посмотрела сначала растерянно, потом зло. – Я не отпускаю тебя.

– Что ещё за дела? Я что должен разрешения спрашивать?

– Да должен, – она ухватила его за руку, – ты никуда не пойдёшь!

– Прекрати, – он отстранил её, но она не сдавалась, тянулась и хватала за одежду которую он пытался натянуть.

– Нет, нет, ты не уйдёшь! —Лена начинала переходить на крик. – Я не позволю! Ты мой, мой! Я люблю тебя! Нет!

– Я – тебя не люблю! – резко сказал он. – И никогда не любил. Запал на твои деньги. Сам я нищий. Видишь, – он вывернул карманы. – Нищий.

– Ну и что, я же люблю тебя! Мы будем жить на мои деньги.

– Ты что совсем дура? Я ухожу. Не хочу больше жить на твои деньги. Я чувствую себя дерьмом. Но это не главное. Я не хочу больше тебя обманывать. Не хочу. Надоело. Всё.

– Мне всё равно!

– А мне нет.

Небольшая сумка вместила пару его вещей, громко прожужжала молния.

– Прости меня, – сказал он и в последний раз глянул на Лену, – надеюсь, ты встретишь достойного твоей любви парня. А меня забудь.

Она стояла у стены, скрестив на груди руки. На лице сердитое выражение.

– Ты говорил, что любишь меня!

– Я врал.

– Какой же ты мудак. Настоящий мудак. Я ненавижу тебя. Ненавижу.

– Как хочешь.

– Ну и убирайся! Только смотри не пожалей об этом. Захочешь вернуться – я не впущу!

Он не смотрел на неё, боялся, если посмотрит ей в глаза, то остановится и бросит сумку.

– Не думай обо мне плохо, – сказал он у двери, – я просто ошибся. Ты тут не причём.

– Антон!

Дверь хлопнула, он ушел. Куда? Домой.

8