- Ну, может быть, немного потому, что родители не могли проявлять твердость, а гувернантка и слуги не собирались меня наказывать. Но я не вопила и не закатывала истерик, пока не увидела своего жениха. Это была взаимная ненависть с первого взгляда. Я больше не желала встречаться с ним. Впервые в жизни родители не позволили мне настоять на своем, так что можешь считать, я закатила истерику, продолжавшуюся много лет! Пока не встретила тебя у меня просто не было друзей, которые бы объяснили, как глупо я себя веду. Ты помогала мне забывать о нем, по крайней мере в промежутках между визитами, на которых настаивали наши родители.

- Но ты довольно быстро изменилась после нашей встречи. Сколько тогда нам было лет?

— Шесть, но я изменилась не настолько быстро. Скорее, постаралась не делать тебя свидетельницей моих выходок и сдерживалась, пока в очередной раз не видела жениха. Не могла скрывать свою неприязнь, даже в твоем присутствии.

Кэрол рассмеялась. Но только потому, что Джулия широко улыбнулась, довольная собственным признанием. На самом деле подруга не считала все это таким уж забавным. Кое-какие драки с женихом могли кончиться плохо! Однажды она едва не откусила ему ухо! С самой первой встречи, когда пятилетняя Джулия хотела подружиться, он вдребезги разбил эти надежды своей грубостью и враждебностью. Очевидно, не мог смириться с тем, что невесту заранее выбрали для него родители. При каждом свидании он доводил Джулию до того, что она была готова наброситься на негодника и выцарапать ему глаза. И она не сомневалась, что он нарочно затевал драки. Глупый мальчишка считал, что это она должна разорвать помолвку, которой никто из них не хотел. Очевидно, поняв, что на это у нее имеется не больше власти, чем у него, он спас их обоих от брака, заключенного в аду. Как странно чувствовать благодарность к нему хотя бы за это. Но когда он уехал навсегда, она с досадой вспоминала, какой отвратительной девчонкой была… в его присутствии:

Джулия кивком показала на тарелки с остывающей едой, но Кэрол переменила разговор:

— В субботу я даю званый ужин. Ты ведь приедешь, правда, Джули?

Джули. Так звали ее в пансионе. И даже отец Джулии привык обращаться к дочери именно так. Она всегда считала странным, что сокращенное имя ничуть не короче настоящего. Нет, короче… на целый слог. Поэтому она не возражала.

Она взяла лепешку и, прежде чем надкусить, воззрилась на подругу:

— Забыла, что в этот день бал у Иденов?

- Нет, просто думала, что ты придешь в себя и откажешься от приглашения, — проворчала Кэрол.

— А я надеялась, что ты передумаешь и примешь приглашение.

— Ни за что.

- Брось, Кэрол, — уговаривала Джулия. — Ненавижу таскать своего никчемного кузена по балам, и он тоже терпеть этого не может. Стоит нам переступить порог дома, и он уже ищет черный ход. И никогда не остается надолго. Но ты…

— Ему нет никакой нужды оставаться, — перебила Кэрол, — Ты на балу всех знаешь и никогда не остаешься одна больше минуты. Кроме того, брачный контракт, который граф Мэнфорд держит под замком, означает, что тебе даже не нужен сопровождающий. Подобный контракт почти ничем не обличается от брачных обетов… О Боже, я недолжна была упоминать об этом. Прости!

Джулия невесело улыбнулась:

- Не стоит. Сама знаешь, тебе не обязательно извиняться за то, что затронула столь неприятную тему. Мы всегда над этим смеялись. И поскольку мы с этим болваном ненавидели друг друга, он не мог сделать ничего лучше, чем вылететь из гнезда. Надеюсь, надолго.

— Ты всегда относилась к этому браку именно так. Еще прежде, чем достигла брачного возраста. Вряд ли звание старой девы тебе так уж нравится.

— Вот как ты думаешь? — расхохоталась Джулия. — Забываешь, что я в отличие от тебя не аристократка? Подобные ярлыки ничего для меня не значат. Для меня главное — не отвечать ни перед кем, кроме себя. Не можешь представить, как это чудесно! Теперь богатство и все владения семьи принадлежат мне… При условии, что этот негодяй не вернется.

Глава 2

При виде ужаса на лице Кэрол Джулия охнула. Она и не подозревала, что ее легкомысленная болтовня произведет такое впечатление!

— Я не это хотела сказать! И состояние отца не изменилось!

— Но как все его богатство и владения могут принадлежать тебе, если он жив? — деликатно осведомилась Кэрол.

— Потому что несколько месяцев назад, в один из редких моментов просветления он велел позвать своих поверенных и банкиров и передал все в мои руки. Конечно, я все это время управляла предприятиями и финансами, но теперь адвокаты не станут стоять у меня над душой. Они, несомненно, и теперь попытаются наставлять меня, но я больше не обязана их слушать. Отец отдал мне наследство гораздо раньше, чем хотелось бы.