Читаем Могила повелителя полностью

Вот и теперь округа была спокойна и удивительно неподвижна: ни движения, ни дымка. Все живое бежало перед армией Капитана Ройнгарда. Лорд не без удовольствия озирал из-под тяжелого забрала пустынные окрестности. Ему было чем гордиться: эту землю превратил в серую пустыню не кто иной, как он, Капитан Ройнгард Железная Рука. Этот край когда-то, до Повелителя Тьмы, был одним из центров цивилизации, здесь располагались цветущие города и богатые поместья, а по дорогам двигались сотни путешественников, торговцев и паломников… Потом явился Повелитель, прежние королевства пали, новый владыка перекроил границы по-своему. Затем он установил Завесу, торговые тракты потеряли смысл, поскольку теперь вели в никуда.

Эта земля стала пограничьем, а когда Повелитель отдал ее Лорду Ройнгарду, вояка довершил разорение ежегодными набегами. Конечно, в том, что север Круга ныне пребывает в запустении, есть вина и Анелы, ее ветров и снежных буранов… Но Ройнгарду было приятно считать, что этот край погубил именно он. Руины, запустение, железная земля под железным небом — таков мир Ройнгарда.

На горизонте показалась башня, единственное поместье в такой близости от границы. Прочие господа давно сгинули либо увязали имущество и отправились на юг искать спокойного местечка. Трудами Повелителя и его Лордов в Круге появилось немало выморочных владений, есть где устроиться человеку, наделенному хотя бы небольшой толикой предприимчивости.

Все удрали, и только этот помещик остался в родовом замке. Разумеется, он исправно платит дань Железной Руке, каждую осень — пятая часть урожая. Ройнгард улыбнулся — ему пришло в голову, что старая башня торчит посреди пустынной равнины, словно последний зуб во рту дряхлого старика. Владелец замка и был стариком, дряхлым и немощным. Сыновья его сгинули, пытаясь воспротивиться Капитану Ройнгарду, когда тот совершал первые походы, а старик выжил — последний в роду. Ему незачем бежать на юг, нечего спасать, некого пытаться уберечь от Лорда Тьмы. Возможно, поэтому он и держится за свое гнездо. Конечно, если бы Железная Рука пожелал, давно мог убить старикашку или разрушить замок, чтобы тому волей-неволей пришлось убраться. Но Ройнгард не хотел этого. Единственный помещик в приграничной полосе стал приметой, отличительной чертой края, какой бывает одинокая скала или вросший в землю каменный столб на перекрестке. К тому же старик был безумен. Иногда Ройнгарду казалось, что они немного похожи — могущественный Лорд Тьмы и дряхлый безумец. Оба рассуждали сходным образом, оба никого не боялись и делали, что пожелают, а не то, что считает правильным большинство…

Лорд заметил на дороге движение — возвращается разъезд. Коричневые плащи воинов Железной Руки отчетливо выделяются на сером полотне дороги. Капитан не стал останавливаться — незачем задерживать колонну. Случись что, дозорные неслись бы во весь опор, разбрызгивая ржавую воду, собравшуюся в дорожных колеях. А если кавалеристы рысят без спешки, значит, округа спокойна.

Всадники приблизились, передний торопливо поклонился в седле, громыхнув доспехами. Когда он выпрямился, складки на груди разгладились, на плаще четко обрисовался герб Ройнгарда — серая пятерня с растопыренными пальцами на коричневом.

— Мой Лорд! Все по-прежнему. Безумный Гойт Ловлих заперся в своем замке.

Да, безумного старика зовут Гойтом Ловлихом…

Ройнгард поднял руку — левую, разумеется. Сжал пальцы и махнул, указывая направление по тракту. Это был знак колонне продолжать движение. Лорд дернул повод, разворачивая жеребца, и свернул к замку. Два десятка кавалеристов последовали за господином. Остальные не стали покидать строй.

Чем ближе, тем отчетливей вырисовывались старые стены — грязные, с темным потеками под парапетом. Уже давно никто не заботится о том, чтобы поддерживать укрепления в порядке.

Перед замком под наскоро сколоченным навесом были сложены мешки — пшеница и ячмень. Поодаль — круги сыра, сложенные в пирамиду, два окорока. К столбу, поддерживающему хилую кровлю, привязана тощая корова, овцы… Так повелось уже довольно давно — слуги сумасшедшего старика оставляли пятую долю урожая и годового приплода скотины для Железной Руки. Он несколько раз велел проверить — оруженосцев Лорда впускали в замок и показывали закрома и скотный двор. Безумец рассчитывался всегда скрупулезно точно. Верней, не сам рыцарь, разумеется, а кто-то из немногочисленной дворни. Вассалы сумасшедшего — большей частью такие же старики, как и господин, но кто-то из них хорошо умеет считать.