На громадной мраморной доске, расположенной в верхнем ярусе дворца, помимо собственно часов помещались бюст Колумба, множество надписей и несколько гербов. Эту композицию итальянец и показывал ей с гордостью. Осознав, что легко их понимает, Альтаграсиа внимательно прочитала все надписи, написанные на кастильском и итальянском.

A CRISTOFORO COLOMBO

NOSTRO CONCITTADINO.[33]

Siendo yo nacido en Genova

vine a server aqui en Castilla.

Genova es ciudad noble y ponderosa por la mar

della Sali y en ella naci

(Testamento 1498).

Bien que el cuerpo anda aca

el Corazon est alli de continuo

(Carta abril 1502).

На солнечных часах красовалась надпись: «Hora veritatis».[34] И чуть ниже:

ORE 17.34

MEZZOGIORNO

A SAN SALVADOR

1492–1892

ENRICO D’ALBERTIS.[35]

Альтаграсиа дочитала испещренную надписями широкую плиту, укрепленную на стене замка, и задумалась. Все, что она услышала, показалось ей весьма любопытным. Откровенно говоря, следовало хорошенько обсудить с коллегами полученные сведения и прийти сюда снова. В замок обязательно нужно вернуться. Она чувствовала: тут их ждет подсказка. Но вот где ее искать?

— Вы довольны, синьорина? — спросил итальянец.

— Да, конечно. Но я собираюсь посетить ваш музей еще раз вместе с коллегами по университету и сделать более подробные записи.

— Прекрасно. Я охотно пригласил бы вас поужинать, если вы не возражаете.

Альтаграсиа с трудом избавилась от гида и вызвала такси.

Десятки гостей возвращались в гостиницу под вечер, другие, наоборот, уходили, собираясь поужинать в одном из многочисленных генуэзских ресторанчиков. Детективы встретились в вестибюле. Эдвин производил впечатление уставшего и павшего духом. Оливер также не выглядел удовлетворенным и даже не привел себя в порядок к ужину. Альтаграсиа, напротив, явно была довольна. Компания зашла в тихий ресторанчик, чтобы спокойно поесть и обменяться полученной информацией. Мужчины коротко рассказали о предпринятых шагах и постигшей их неудаче. Ни единой новой зацепки! Зато в замке Д’Альбертис содержится нечто важное, хотя она пока не понимает, что именно, заявила Альтаграсиа.

— Там масса недвусмысленных указаний, совпадающих с найденными нами в Санто-Доминго, Севилье и тем, что могло находиться в цоколе памятника на площади Акваверде в Генуе.

— Вы мое мнение знаете, — отозвался Оливер. — Здесь, возможно, родился Колумб. По-моему, очевидно, что это место имеет особое значение для тех, кто хранит старинные документы, связанные с его именем. О чем бы ни шла речь, у меня такое ощущение, что мы вплотную приблизились к чему-то весьма существенному.

— Сегодня меня не покидало чувство, что город преисполнен сюрпризов, пусть лично я ничего не нашел, — заметил Эдвин.

— Давайте завтра сходим в замок, — предложила молодая женщина.

— Ладно, только расскажи нам о замке подробно, — попросил ее соотечественник.

Доминиканские профессора тем временем тоже ужинали — в ресторане гостиницы. Донья Мерседес, отдохнув от полета, вновь взяла бразды правления в свои руки.

— Я разговаривала с Альтаграсией. Она сказала, что они получили от Верди определенную информацию. Как мы и задумали. Пока это все.

— Не уверен, что это была хорошая затея, — высказался Габриэль Редондо. — За много лет мы вложили во все это столько труда, а теперь ситуация выходит из-под контроля.

— Можешь не сомневаться, — раздраженно ответила донья Мерседес, — вся собранная ими информация в конце концов попадет к нам.

— Да, но проблема не только в этом. Где гарантии, что положение не осложнится?

— Тихо! Верди идет. Сменим тему.

Глава 11

ГЕНУЯ