Читаем Мое тело – Босфор полностью

Новые посетители требуют выпивки, и Маугли срывается с места, чтобы обслужить их.

Он вышагивает с подносом, словно знаменитый актер по звездной дорожке, под бликами зеркального шара, с прямой спиной и ослепительной улыбкой. Он красив как бог, и мы дружно любуемся им. Наш Маугли, с любовью говорит Ниф. Наш Маугли, вторит ей сестренка. Мой Маугли, мечтательно говорю я, не спуская глаз с его классной задницы.

Тайком от Маугли сестры наливают мне еще пива в банку из под Coca-cola.

ххх

В одно прекрасное утро я обнаруживаю вшей в голове у своего бога.

Сентябрь. Мы покупаем билеты и договариваемся с Доаном, владельцем апарта, чтобы он снова встретил нас в аэропорту. Дома я оставляю водительские права, красные дипломы, пропуск с телебашней и прочие улики личной независимости. Все это мне временно не пригодится. Турецкому миру наплевать на наши таланты, он требует предоставить ему тело и душу в чистом виде без примесей урбанизации. Надо тщательно замаскировать свою способность к самостоятельной жизни – как хорошо, когда тобой распоряжается восточный хозяин!

В аэропорту случается непредвиденное.

Кроме Доана в толпе встречающих мы вдруг замечаем до боли знакомое лицо. Маугли! Родной! Что это за бандана у тебя на голове? Он радостно обнимает и целует нас, и мы еще никак не поймем, что в нем изменилось. Он виновато снимает свою повязку. Лысый!!!

Я не могу прийти в себя. Мой красивый мальчик с длинными шелковыми локонами – лысый?

- Предлагаю теперь называть его не Маугли, а Ленин, - шепчет мне на ухо Иа.

Если бы сейчас нас запихали обратно в самолет, я расстроилась бы меньше.

- Чего ты удивляешься? Ты же сама нашла у меня в голове какую-то гадость!

- Ну да, только я привезла тебе хорошее лекарство. Волосы можно было и оставить. Ладно, проехали. Так откуда ты узнал, во сколько мы прилетаем? Я же тебе не говорила.

Вместо ответа он сладко целует меня, и я забываю, в какой части света я нахожусь.

ххх

Каждую ночь мы проводим в своем родном доме Happy Girl. Втроем мы немножко требовательней, чем в розницу. Однообразные вечера понемногу приедаются, и мы приходим на дискотеку все позже и позже.

- Вы где были?, - набрасывается на нас Маугли. Он уже работает в «Черной лошади», но приходит сюда как в родительский дом.

Море ходит с гордым видом и делает вид, что и не заметил, как мы припозднились.

- Сидели в баре на берегу моря! Пришли же.

- Сидите здесь и никуда не выходите. Вот вам пиво, а тебе, Дарья, пить нельзя. Я запрещаю.

Мы молча садимся за столик, и я подпираю лицо кулаком. Похоже, нас перепутали с турецкими женами. Море даже не удостаивает свою любимую улыбкой, но как только она делает вид, что собирается уйти, он как коршун бросается за ней.

- Куда ты? Ты же видишь, моя работа еще не закончилась! Подожди, скоро пойдем все вместе!