Читаем Мо Сян полностью

- Ее бы специалистам показать, - пробормотал Вадим, притягивая к себе Аллу и лениво шаря по ее телу руками, - Бабища совсем плоха… Может, по-быстрому, а потом закажем чего-нибудь пожрать? У тебя во дворе отличная пекарня открылась… Я сбегаю...

…

Алла проснулась в мглистой утренней полутьме с ощущением какого-то дискомфорта. Что они там пили вчера? Вроде только винцо под кинцо. Ах, да! Было ещё немного марихуаны. Но ведь та была совсем слабенькой... Алла перевернулась на другой бок и узрела на Вадимовой половине кровати лишь смятые простыни.

В квартире стояла оглушающая тишина. Ни шума закипающего чайника на кухне, ни каскадных звуков унитаза, ни ставшего уже уютно привычным насвистывания.

- Дюнечка, ты дома? – спросила она, почесывая живот под внезапно тугой резинкой красных кружевных трусиков. Пустая квартира промолчала в ответ, - Куда это его понесло спозаранку?

Впрочем, отсутствие Вадима показалось даже кстати. Слишком уж кисло она себя чувствовала – словно с глубокого похмелья. С трудом поднявшись, Алла проковыляла в ванную комнату и поморщилась, глядя на себя в зеркало. Ненавистный утренний «шрам» от подушки вернулся на щеку, веки набрякли, а цвет лица был каким-то… пятнистым. Да, хорошо, что Вадима нет – не хотелось бы предстать пред его ясные очи в таком потасканном виде. Умывшись и попытавшись пальцами разгладить глубокий подушечный рубец, Алла поставила варить кофе и, выглянув в окно на ноябрьский рассвет, нахмурилась.

Машина, покрытая тонким слоем изморози, стояла у подъезда. Алла вышла в прихожую и с недоумением поглядела на полочку с ключами. Брелок подмигивал ей зеленым огоньком со своего обычного места. Он что? Пешком пошел? Мысль была смехотворной. Пешком Вадим мог разве что сходить до пекарни или вынести мусор. Если же путь выходил за пределы двора, он всегда ехал на машине. Значит, варианта два: либо он действительно отправился в пекарню (ибо полный мусорный пакет стоял в целости под раковиной), либо почувствовал себя так же плохо, как она, и не решился сесть за руль, вызвав такси.

Алла вновь подошла к окну и вгляделась в витрину пекарни, расположенной на первом этаже дома напротив. Темнота внутри говорила о том, что они еще не открылись. Значит, оставался только один вариант – Вадим уехал на такси… Но куда ему понадобилось срываться в такую рань? Алла глянула на циферблат настенных часов. Начало девятого…

Налив себе кофе, она набрала его номер, но ответом ей были лишь длинные гудки.

Что-то случилось… Но если бы произошел какой-то форс-мажор, она непременно проснулась бы от звонка его телефона…

Алла грузно уселась на стул, отстраненно почувствовав, что заднице стало гораздо свободнее – шов на тонкой ткани трусиков не выдержал и разошелся.

Прихлебывая мелкими глотками горячий кофе, она со все более усиливающейся тоской, заменяющей неясную тревогу, склонялась к тому, что Вадим … просто ушел. Последние несколько дней она гнала от себя мысль, что его страсть, которая внезапно расцвела пышным розовым бутоном, начала вянуть и осыпаться потемневшими лепестками. Его почти раболепное преклонение перед ней, которое тешило ее самолюбие и возносило до небес в интимные минуты, вдруг сменилось сначала тщательно скрываемым безразличием, а потом и откровенным раздражением. Секс стал отдавать пресным, разговоры не клеились и все чаще прерывались длительными тягостными паузами. Вчера Вадим, в попытке оживить их отношения, с кем-то созвонился и через некоторое время курьер передал ему через приоткрытую дверь небольшой кулечек с марихуаной.

Но вопреки ожиданиям, они просто молча смотрели фильм, прихлебывая вино, а потом Вадим с явной неохотой, которая резанула Аллу, как ножом, попытался залезть на нее. Но ничего не получилось.

Алла, желая успокоить любимого, прильнула к нему и ткнулась носом в колючую теплую шею.

- Ничего страшного, не переживай, - шепнула она, - Мы и так из постели не вылезаем который день. Нам обоим требуется отдых и смена обстановки. Как смотришь на то, чтобы взять билеты и махнуть куда-нибудь на теплый бережок? А к Новому году вернемся…

Лицо Вадима было непроницаемым в отсветах мерцающего телеэкрана. Он никак не отреагировал на ее заманчивое предложение, и Алла незаметно для себя уснула на его плече. А утром (или ночью?)… он просто ушел, оставив ключи.

«А на что ты рассчитывала, связавшись с таким типом?», - заговорил у нее в голове знакомый ворчливый голос матери.

«На счастье…», - могла лишь мысленно ответить Алла.

«Уж полтинник не за горами, а мозгов как не было, так и нет».

«Так все внезапно… может, он еще вернется?..»

«Ну, ты и дура! Гордости не больше, чем у козы!» - был возмущенный ответ воображаемой матери.