Читаем Мне плевать! полностью

Даже меня, по ту сторону экрана, через много километров топит нежностью от того, как она это делает. Оля очень хотела малышку. Сейчас они вместе с Милой живут в её квартире. Косолапова делает вид, что прячется от своего уже бывшего начальника, а на самом деле присматривает за Олей. На обследовании сказали, что у неё гипертонус и хорошо бы, чтобы кто-то был рядом. Мы переживаем за неё, а наша будущая мама чувствует себя отлично. Даже токсикоз ещё не начался.

— Ты чего молчишь? Что нового от соседушки? — Милана ехидно косится на четвёртую собеседницу наших видео-посиделок.

— Он невероятный… козёл! Выгуливает своего огромного добермана около спортивной площадки, — делится Юля «восторгами» о своём новом соседе. И я радуюсь за неё. Они с Милашей закончили переезд в новую квартиру. Скоро будем отмечать новоселье. Только вот её сосед сверху оказался, как она выражается, «отборным представителем парнокопытных». Мы все понимаем, что он её зацепил. Ну, нельзя так краснеть от воспоминаний о мужчине, который тебе безразличен, а она краснеет.

Мы подтруниваем над ней, болтаем ещё некоторое время и прощаемся.

— Забыла сказать, Алекс уезжает. Я звонила ему, чтобы уточнить, когда он привезёт документы на квартиру. Он пообещал отдать всё до отъезда, — забыла она. Так я и поверила. Специально на конец разговора оставила эту новость.

— Куда и на сколько? — Выпаливаю слишком быстро. И этим сдаю себя с головой. Скучаю по нему. Не могу выкинуть из головы. От этого ещё больнее. Потому что я ему не нужна.

— Не знаю. Он не сказал, — Мила смотрит на меня слишком серьёзно. Вероятно, делает это для того, чтобы я что-то поняла. — Знаю только, что он не выходит на работу, ему все документы привозят на дом. Эрик нервничает. Он не был готов к тому, что все вопросы лягут на его плечи. К тому же, я видела, как он ужинал с той девчонкой с фотографии, — на этих словах задерживаю дыхание. Не хочу пропустить даже малейшего звука. — Не похоже, что она крутит шуры-муры с Риверсом. Ей слишком сильно нравится другой, — подмигивает нахалка, а в груди уже колючим ёжиком разворачивается надежда. — И насколько я заметила, это взаимно.

На этом мы и заканчиваем разговор. В моей голове столько мыслей, что просто невозможно их держать в себе. И я иду на кухню к маме. При виде меня она просто раскрывает объятия. Никак не пойму, откуда она знает, что именно это мне сейчас нужно.

От неё пахнет морковными пирогами. Это наша семейная традиция. Мама каждое воскресенье что-то стряпает. Мы одинакового роста и папа часто говорит, что я слишком сильно на неё похожа. Она гладит меня по спине, растворяя своей простой заботой все мои печали, и становится легче.

— А где девочки? — Хватаю горячий пирожок, усаживаюсь за стол. Она наливает в кружку молоко и ставит передо мной.

— С Робертом рыбачат. Он обещал покатать их на лодке.

Позади родительского дома есть небольшой причал. Папа купил себе лодку и обустроил спуск к воде. Девчонки таскаются за дедом, как два хвостика. Копают с ним червей, ходят в магазин, на рыбалку, в гости к соседям. Стоит ему утром встать, и они уже тут как тут. Готовы за ним идти хоть на край света.

Первое время не знала, куда себя деть, потому что дети переключились на дедушку. Сейчас уже привыкаю к тому, что практически их не вижу. Только вечером слушаю рассказы об удивительных открытиях за день и читаю сказки перед сном.

Иногда они спрашивают про папу, но чаще про Алекса. Не знаю, что им отвечать, поэтому увиливаю, как могу. Если про Андрея могу им точно сказать, что он не хочет с ними увидеться и нам без него будет лучше, то про Сашу такое язык не поворачивается сказать.

Вздрагиваю от истеричного стука по воротам. Кружка с молоком улетает на пол и разбивается.

— На счастье, — улыбается мама. — Иди. Проверь, кто там, а я приберусь.

Встаю, а у самой поджилки трясутся. Это же может быть соседка? Или кому-то что-то понадобилось? Выхожу из дома и машинально бросаю взгляд в щель под воротами. Колёса. Он приехал? Сердце бухает где-то у горла. От волнения ноги еле переставляются.

Рядом с колесом встаёт тонкая ножка в туфле. Не приехал. Волнение уступает место горечи. Не он. Как заворожённая смотрю на чьи-то лодыжки. Поправляю на себе безразмерную кофту. Стук повторяется, и я открываю дверь.