Читаем Младший сын полностью

Дома же, права у всех и давно одинаковые. Ну, декларативно, по крайней мере… Так-то, конечно, пойди скажи члену семьи любого министра из старого состава, что он в правах равен тому же Джойсу… Но на словах – да, все равны (спасибо и за это). А стало быть, и заморачиваться нечего.

Договорённость с товарищем имела чёткие границы: полученные на перемещение объекта документы, включая два последовательных решения Попечительского Совета Столицы, самого Джойса из-под любой ответственности выводили однозначно. Тем более, сейчас, в рамках объявленной операции по эвакуации всех безнадзорных несовершеннолетних с этой территории, допускалось ускоренное оформление процедур: как бы, вначале надо спасти тех, кого можно спасти. А бумагами можно будет заняться уже потом, в спокойной обстановке и на Западе, вне пределов местной восточной эпидемии.

Случалось, и вот такой коптер гоняли за одним человеком: «Детей надо спасти». И точка.

Пока Джойс размышлял и прикидывал, Старик зачем-то подошёл к забору, подпрыгнул и подтянулся, заглядывая внутрь.

Чтобы кубарем тут же скатиться с забора после чего-то, глухо ударившего его в верхнюю часть шлема.

– Оба-на, – присвистнул Сон. – Что это было?

– Резиновая пуля, – Старик с удивлением трёт ладонью край шлема. – Со второго этажа, силуэт в окне. Кажется, нам тут не рады. Джойс, – самый старший боец поворачивается к старшему, – я не знаю, что ты сейчас задумал, но лично мне сбрось, пожалуйста, на мой планшет прямо сейчас подтверждение всех последующих команд. Не сочти за недоверие или ещё что, но мне до пенсии грамм…

* * *

Откуда взялся этот вирус в наших землях, лично мне до сих пор было не ясно. С одной стороны, конечно, это можно было списать на наш «естественный образ жизни» – многие из нас до сих пор кочуют со скотом по степи. Правда, кочуют вместе со спутниковыми антеннами, визорами, батареями, генераторами и прочими обеспечивающими комфорт штуками. Но, применительно к цивилизационным прибамбасам в юрте, речь идёт исключительно об информационном комфорте. Во всех прочих бытовых моментах, многие рода живут так же, как и тысячу лет назад. Что-то типа нашего фетиша…

Ну а что; мы – люди свободные. Можем себе позволить жить так, как хочется нам. На своей земле.

Немало, конечно, и таких, у кого стада выпасают запрограммированные дроиды (которые справляются со скотом гораздо лучше обычных чабанов, хе-хе, поскольку не спят, не едят, не пьют, и не зевают. И самого жирного барана из гурта не режут на шашлык в воскресенье, чтоб списать его потом на невесть откуда взявшихся степных волков, хе-хе). Например, как у нас. Но лично у нас наличие дроидов вызвано скорее количеством скота, чем недоверием к чабанам: ханские табуны – самые богатые. Тридцать процентов всего поголовья страны, как ни крути.

А я – младший ханский сын. Который, по нашему обычаю, наследует родительский дом и всё то, что к этому дому прилагается. Применительно к нашей семье, мне, помимо прочего, отходят все наши стада, выпасаемые в предгорьях Алат. Впрочем, я никогда не думал, что это случится так быстро…