Читаем Мистерия полностью

Картофельное поле. То самое. Каким-то непостижимым образом Дэйн узнал его – даже сумел на секунду приподнять голову, чтобы убедиться, что рядом находится тот самый червивый вход, но во мраке ничего не разглядел и вновь уперся лбом во влажную почву.

Тело ломило так, будто через него сутки напролет пускали ток или же испытывали неработающую вакцину: боль в мышцах, боль в суставах, в глазах, в затылке - везде. Нужно как-то подняться и идти домой, а до ближайшего города далеко, ой как далеко, и на машине, помнится, добирались почти пять часов.

Вот тебе и миссия… Полный провал. Его личный и, может быть, всей команды.

Попался на Ани, надо же… На неживой, к тому же, Ани.

Дрейк был прав – стоило идти холостякам.

Закончить испить горький отвар из самоупреков Эльконто не дали послышавшиеся откуда-то слева звуки: голоса, шаги, крики.

- Радар показывал это место. Координаты 7735.2 HC001. Это здесь. Была спровоцирована энергетическая активность, зафиксировано появление человеческого тела.

- Где? Я пока никого не вижу. Ищите!

Над головой Дэйна скользнул луч фонаря.

Дрейк! Это Дрейк и его ребята. Эльконто приложил все усилия, чтобы поднять руку и махнуть ей.

- Я тут, босс. Тут.

- Дэйн?

Спустя пару секунд у его лица зашуршала серебристая форма; Дрейк присел на корточки.

- Ты ранен? Эвакуировался?

- Нет. – Промычал здоровяк. – Не эвакуировался и не ранен, но чувствую себя паршиво. Сам не поднимусь, похоже.

- Что значит, ты не эвакуировался?

- А то и значит. Я «выпал».

- Выпал?

- Да, из Коридора. Следом за Ани.

- За какой Ани?

- За моей Ани.

Ему в лицо наряду с рентгеновским взглядом Дрейковых глаз ударил луч фонаря.

- Ты «выпал» один?

- Наверное.

Начальник крякнул – снайпер так и не понял, радостно или разочарованно?

- Так, разберемся потом. – Он сделал резкий жест рукой. – Поднимайте, грузите в машину! Проверить его на наличие повреждений.

О-о-о! Так Дэйн все-таки поедет на транспорте, а не потопчет до города на своих двоих? Жизнь почти удалась.

И, чувствуя, как жесткие сильные руки приподнимают локти и плечи, он невесело скрипнул зубами.

*****

А к девяти утра Стив остался в Коридоре один.

Один.

Даже в самых страшных мыслях он не мог предположить, что подобное может произойти. Как? Почему?

Все случилось слишком быстро.

Начиная с того самого момента, с четырех утра: упаковавшись после того, как исчез Дэйн, они двигались вперед. Направление выбрали наугад, почти все время молчали – давила тревога и беспокойство за друга – выжил ли? Куда попал? Как отреагирует Дрейк, когда они вернутся и доложат. Если вернутся…

Тишина теперь казалась глухой и давящей, туман – обманкой, а сам Коридор зловещим, как придуманный маньяком-сценаристом ад из фильма ужасов. Кого накроет следующим? Какая иллюзия возникнет за ближайшим поворотом, если бы они вообще здесь были – повороты.

Накрыло Аарона.

Может, тот знал, чувствовал, что дает слабину, и поэтому волновался, а, может, то был выбор игривой и насмешливой Криалы, но примерно без четверти девять, идущий впереди всех стратег вдруг заорал:

- Мы выбрались! Выбрались, ребята! Смотрите!

И они увидели. Зеленый мерцающий луг, траву, ручей, шумящие вокруг кроны берез и лип, ласковых, играющих в зелени солнечных зайчиков – очередной мираж.

- Аарон, не ходи туда. Давай обойдем.

Баал напрягся не меньше Стивена – их друг, похоже, не видел разницы между настоящим и вымышленным объектом: радостно заулыбался, захохотал, как внезапно принявший на грудь стакан водки алкоголик, скинул рюкзак, принялся снимать куртку…

- Канн! Не смей раздеваться! Не снимай… Не снимай браслет!!!

- Все, ребята, мы пришли – можно расслабиться…

А дальше Лагерфельд помнил все, как во сне.

Как в уютный, но хитрый и злобный мираж бросился Баал – хотел защелкнуть на запястье стратега сброшенный на землю браслет. Щит пропал…Пропал быстро, и сразу же после этого появились тени – безносые, безухие мутные клубы, чувствующие светящийся живой объект – желающие полакомиться. Как завязалась борьба, и Канн орал, что демон свихнулся – он же демон? Он просто не желает выходить наружу – попал домой…

Дурак. Почти мудак… Нет, на него что-то нашло, накрыло, лишило способности мыслить.

Помнил впившийся в щиколотку Баала темный жгут – его щит, накрывший двоих, моментально просел и ослаб – не справился с задачей, и жгут этот проник Регносциросу прямо в ногу – под кожу, в тело… А потом Аарон… весь покрытый такими же щупальцами, которые разрастались у него внутри, словно корни ядовитой колючки, высасывая жизнь. Моментально побледневшее лицо, возникшие под глазами черные провалы, бледные, почти белые губы.

Он кричал «Экакуи-и-и-ируйтесь!», хрипел, брызгал слюной и боялся, что, если войдет на поляну, то на ней же останутся все трое - уже навсегда, - и умирал от подкашивающего разум бессилия.

Тот долгий тяжелый и очень глубокий взгляд Баала, прежде чем тот кивнул, соглашаясь «Так надо, друг… я тебя услышал. И прости…», навалился на Канна и нажал красную кнопку на браслете, док не забудет уже никогда. Не сможет.

Не сможет. Не сможет. Если он вообще теперь что-то сможет.

Один.

В Коридоре.