Дрейк, сидя в теплой пенной мыльной воде и чувствуя, как его напряженные плечи массируют теплые ласковые руки, жмурился от удовольствия. Вечер, отдых, дом, спокойствие. Все проблемы решены или почти решены, и можно впервые за долгое время отмякнуть, отмокнуть, позволить воде и любимому голосу забрать с собой напряжение минувших дней – слишком долгих и сложных, чтобы вспоминать о них с удовольствием. Чтобы вообще думать о них.

- Прямо такая уж «классная»?

Царапающая жесткая губка, скользящая по его шее и контрастирующая с мягкой кожей женских ладоней, усиливала наслаждение; нежно пахло сиренью и лавандой.

- Ага. Неземная. Ну, или просто нездешняя.

- Это не одно и то же.

- Не издевайся надо мной.

Его, как любимого котенка, потрепали по волосам.

- Не знал бы, что ты предпочитаешь мужчин, подумал бы, что ты влюбилась в женщину.

- Вот же… какой! Я предпочитаю не «мужчин», а одного мужчину – тебя. А Тайра… Она просто сразу показалась мне близкой по духу, родной, что ли… Она очень умна и начитана. Она понимает мои шутки, умеет веселиться, умеет быть настоящей.

Он слушал молча. Умилялся особенности Бернарды видеть в людях хорошее, сразу же располагать их к себе. А ведь когда-то и она пришла к нему ершистым ежиком – набыченным, скрытным, диковатым. А после расцвела. Под его мыслями, взглядами, прикосновениями. Сегодня он вспомнит, какого это – касаться теплой кожи, наслаждаться каждым ее миллиметром, позволит себе отключить, наконец, голову и окунуться в счастливую размеренную жизнь обычного человека – влюбленного, умиротворенного, наполненного благодарностью и покоем. Но покоем только после того, как затащит эту милую болтушку к себе в ванну…

- Ты ведь хочешь ко мне присоединиться, да, Ди?

- …Она говорит, что в том месте, откуда она пришла, остались ее книги. Надо будет подумать… Что? К тебе в ванну?

- Угу. А про твою способную новую подругу мы можем поговорить позже.

И он потянул нежное запястье на себя.

- Но я же в одежде!

- Тем лучше…

- Дрейк, позволь мне раздеться…

- Я сам.

- Сам?

- Сам, - и он засмеялся, чувствуя, как намокают и щекочут его плечи пряди мягких длинных волос. – Иди уже ко мне. Я долго ждал. Кажется, целую вечность.

*****

Ночь выдалась ясной, теплой и тихой - ни шороха, ни ветерка. Наверное, когда по дорогам начнут ездить описываемые Стивом машины, улица преобразится, станет шумной, живой. Она и сейчас живая, только замершая и сонная – такой она и нравилась Тайре.

Ладони жгла чашка с горячим кофе; на ногах новые носочки, на плечах пахнущий магазином свитер.

- Кто бы знал, что такая девушка могла оказаться Правительницей, да, Ким? Я сначала сильно смутилась, даже подумала о том, что мне не стоит злоупотреблять ее добротой, а стоить извиниться и перестать общаться, но я так не смогу. Понимаешь, Учитель, это ведь не она изменилась, а мое знание о ней – мое представление. Всего лишь два слова, которые изменили восприятие, хотя реальность осталась той же: Бернарда – прекрасный человек, добрый и искренний, и если так, почему мое восприятие и изменившееся знание должно мешать нашей дружбе? Может, я становлюсь слишком наглой? Может, слишком быстро привыкаю к хорошему, и это плохо? Но мне так хочется иметь друга… Знаешь, если я увижу, что злоупотребляю ее доброжелательностью и что она тратит на меня время из вежливости, я сразу же отойду в сторону, обещаю. Я ведь увижу, Ким, я почувствую.

«А пока есть время, я буду наслаждаться», - мысленно добавила Тайра, но ей по обыкновению никто не ответил. Качнул стебельки высокой травы у ограды ветер, где-то вдалеке прошуршали по асфальту шины – редкое пока явление в Нордейле. С неба на темноволосую, кажущуюся пятном на крыльце девушку, смотрели далекие звезды.

Она зачем-то погасила фонарь и теперь сидела в темноте.

Окна в доме доктора не горели – спит, наверное.

Грустно, что этим вечером Стив ушел так рано. Но ведь он придет завтра?

Придет, конечно. А она как раз умоется, поставит для него чайник и откроет к завтраку ту самую драгоценную упаковку с малиновым печеньем, которую утаила от него сегодня – порадует гостя. Еще с вечера решила, что порадует. И, может, они куда-нибудь сходят? Он покажет ей новые улицы, объяснит предназначение висящих под окнами многих домов ящиков, поведет к озеру – он говорил, что где-то поблизости есть озеро, а вокруг него дорожки и скамейки. Там еще расставлены трехъярусные лампы-фонари и можно взять напрокат лодку… Что такое лодка, Тайра не знала, но подозревала, что та ей очень понравится – не может не понравиться. А по пути она будет находить на клумбах новые сорта цветов, изучать их и тихо выводить из себя терпеливого Стива постоянными остановками.

Новый цветок! Новый цветок? Да их тысячи... Ты не понимаешь, это прекрасно! Нет, не понимаю…

Но он понимал – она видела: понимал.

Он такой смешной – Стив. Такой теплый, такой чудесный, такой… нужный ей.

Только бы дождаться утра.

Ну все – остыл кофе, остыла улица. Пора возвращаться в дом.

Глава 13

- Так ты у нее сегодня не была?