Читаем Мистерия полностью

За следующие два часа Тайра услышала такое количество незнакомых слов, что зубрить их ей целый год и не вызубрить.

- Афтомобиль, веласипед… - Шептала она эхом, а перед глазами выстраивались незнакомые конструкции из металла, краски, стекла и пластика. Каково это, жать педали и нестись в работающей на неизвестном газу повозке? Мосты, шоссе, полосы, светофоры, автобусные остановки…. Как все это, собранное в одном месте, может выглядеть? Чудеса, да и только.

А Стив разливался соловьем: про дома, магазины, парки, скверы. Про некие кинотеатры, где каждый день по много раз показывали на большом экране вымышленные истории, где продавали жареную кукурузу, где, чтобы войти внутрь, нужно купить за местную денежку билет. Это как на представление бродячих артистов? Сари про такое рассказывала, а Тайра сама никогда их не видела. Она много чего не видела собственными глазами, но оттого не менее усердно силилась представить и торговые центры, и широкие реки, и кондитерские лавки, и цветочные рынки…

- А на рынках цветы живые?

- Конечно, живые. Есть, правда, и срезанные.

- А срезанные зачем продавать? Они же мертвые?

- Ну, - шагающий рядом Стив на секунду растерялся, - ими украшают помещения на праздники или же просто расставляют по дому, чтобы радовали глаз.

- Но живые цветут дольше. Они дышат, растут.

- Да, я согласен. Но у нас цветов такое количество, что люди сочли возможным баловать себя покупкой срезанных цветов, сложенных в букеты. И менять их, когда вздумается. Это недорого.

«Недорого, но расточительно по отношению к живым организмам», - подумала Тайра, однако вслух спорить не решилась – не ей осуждать или поощрять чужие законы – так уж сложился тот мир. Если уж там и правда трава растет ковром почти на всех улицах – на выделенных ее участках, как пояснил ее спутник, а разноцветные цветы высаживают в специальных горшочках, и они – ей не верилось! – никому не принадлежат, - то почему бы некоторые из них не срезать? Такие рассуждения показались ей логичными, но все же чуждыми.

- И можно купить домой любые-любые? Даже редкие сорта?

- Любые, даже редкие. Можно даже построить в саду оранжерею…

- Что это?

- Домик для цветов, в котором тепло – там поддерживается специальный микроклимат, чтобы росли даже самые привередливые сорта.

- Ух ты!

Про «оранжерею» она тут же сделала мысленную заметку – такую она очень хочет, конечно, если когда-нибудь будет возможность, - и принялась вновь тормошить воображение, рисуя в нем сплетенные Стивом словесные картины, в которых причудливо смешивались одетые в «блузки» женщины, названия незнакомых профессий, описания мест, разговаривающие по «мобильнику» одетые в «костюмы» мужчины. Незнакомые слова блестели для Тайры, словно драгоценный перламутровый жемчуг, брошенный на дно огромного выстроенного в центре Оасуса бассейна – нет, его она тоже не видела, но иногда любила представлять. Жемчуг считался в Рууре самым дорогим камнем, и везли его в малых количествах и только под заказ. Как же, ведь этот камень рос в море – подумать только! - в море!

…Фонтаны, огромные деревья, лояльные к женщинам законы – все так, как рассказывал Ким. Значит, такие миры действительно существуют.

Ее, как ни странно, не испугало отсутствие течения времени и рождаемости – Стив пояснил, что люди попадают в мир Уровней не для того, чтобы остаться в нем навсегда – совсем-совсем, - а чтобы получить новый уникальный и разнообразный опыт, а после, пусть даже через много лет или веков, вернуться на свою прежнюю землю, чтобы продолжить привычную некогда жизнь.

Тайру такая конструкция заинтересовала и почему-то понравилась.

- А жить там можно долго, и никто не выгонит?

- Нет. Только если умрешь, ну, например, от несчастного случая, тогда тебя «выкинет» в старый мир.

- Ты в нем переродишься?

- Нет. Как ни странно, ты в нем «очнешься» за несколько часов до того, как ушел в мир Уровней.

- Как интересно… То есть не маленьким, а снова большим? Могучий у вас должен быть Правитель-колдун, если сумел выстроить Вселенские временные законы по своему разумению.