Читаем Мистер Слотер полностью

И услышал: пронзительный то ли крик, то ли плач, сперва едва различимый, потом громче, сильнее, и закончившийся то ли задушенным дыханием, то ли всхлипыванием. Потом крик возник снова, и на сей раз Мэтью увидел, как люди у огня оглянулись на лачугу Прохожего, потому что именно оттуда доносились звуки. Теперь плач длился чуть дольше и снова затих. Дважды взлетал этот плач и дважды падал, больше похожий на хриплый стон. У Мэтью мурашки поползли по коже. К Прохожему пришли беспощадные демоны. Какое бы ни было у Прохожего безумие, или какое бы безумие ни владело им, в эту ночь он оказался перед ним беспомощен.

Люди у костра разошлись по своим хижинам. Угли потемнели и остыли. Мэтью наконец заснул снова, натянув одеяло до подбородка. Утром, когда появился Прохожий, ничто не указывало на посещение демонов, и Мэтью первый раз в жизни понял, что вопросов задавать не нужно.

Фургон стоял там, где его бросили. Единственная лошадь, завидев людей, подняла голову и безнадежно заржала.

Прохожий подошел к животному, погладил по боку, приласкал.

— Вот это нес Слотер? — спросил он у Мэтью, кивнув головой в глубину фургона.

Там он и лежал, ларец, с открытой крышкой, прямо рядом с цепями. Мэтью подошел и увидел, что ларец пуст: никаких монет или колец, вообще ничего. Но было внутри прямоугольное отделение, тут же заинтересовавшее Мэтью: он узнал кремневый механизм пистолета, который приводился в действие храповиком и поджигал пороховой заряд. Стены отделения почернели от дыма, вырывавшегося вместе с искрами из замочной скважины. Особый интерес представляли собой железный квадратик и металлический миниатюрный молоточек. Мэтью, восхищенный искусством и изобретательностью уловки, увидел, что молоточек находился под некоторым напряжением, и когда его освобождал храповик, издавал звук, похожий на пистолетный выстрел, ударяя по железной пластинке. Изощренный способ помешать ограблению, но вполне надежный против чрезмерно любопытного индейца. И все равно эта штука — загадка. Как должен владелец открывать ее, не взорвав заряд? И кто ее смастерил?

Мэтью перевернул ларец, чтобы посмотреть снизу, нет ли клейма изготовителя. Наградой ему было не клеймо, а имя и место производства, выжженное в дереве куском раскаленного железа: «О. Квизенхант, Фил.». И номер: «6».

— Кажется, он еще что-то оставил, — сказал Прохожий и, наклонившись рядом с фургоном, поднял измазанное грязью золотое кольцо с маленьким красным самоцветом. — И еще кое-что.

На этот раз он нашел изящную серебряную брошь с четырьмя черными камнями. Прохожий продолжал разглядывать землю, а Мэтью сообразил, что Слотер, перекладывая из ларца свою добычу, уронил как минимум два предмета. И куда же он их переложил? Мэтью вспомнил, что карманов у него не было. Посмотрел под сиденье телеги и увидел, что его сумки с личными вещами нет, и фляжки с водой тоже. А в сумке были бритва и крем для бритья. Страшно подумать, что теперь эта бритва в руках человека, который может найти ей применение не только для ухода за лицом.

— Возьми вот это.

Прохожий нашел еще две вещи: серебряное кольцо с затейливой гравировкой и ожерелье из серовато-синеватого жемчуга, которое будет красивым, если отмыть его от грязи. Принимая их из рук Прохожего, Мэтью вспомнил, как Слотер спрашивал: «Почем сейчас продают нитку жемчуга?»

Драгоценности он убрал в жилетный карман: Прохожего они явно не интересовали, а оставлять их валяться в грязи было бы глупо. Индеец еще раз оглядел землю вокруг телеги, распрямился и начал распрягать лошадь. Мэтью помог, заметив, что ему трудно смотреть индейцу в лицо, потому что, если честно сказать, Прохожий придал себе вид вполне демонический, подобие лесного призрака, чья цель — пронзать страхом сердца англичан. Мэтью подумал, что в этом есть резон: если бы выслеживали его, достаточно было бы одного взгляда на эту свирепую физиономию, и он бы сдался, отбросив бесполезную мысль о бегстве.

А вот подействует ли это на Слотера, когда — и если — они его догонят, — уже другой вопрос.

Когда лошадь освободили, она бросилась к ближайшей траве и начала есть. Прохожий уже поднимался по дороге, Мэтью за ним.

Вторую лошадь они нашли на вершине холма — она там паслась. Проходя мимо, Прохожий только бросил:

— Слотер понял, что ездить без седла — не для него.

Мэтью держался рядом с Прохожим, заставляя себя не отставать. Сколько еще он так выдержит, непонятно, причем, индеец двигался явно не так быстро, как мог бы.

— Почему ты мне помогаешь? — спросил Мэтью, легкие у него уже начинало жечь.

— Я тебе сказал. Мне часы понравились.

— Вряд ли дело только в этом.

— Я бы на твоем месте поберег дыхание. — Прохожий покосился на него на ходу. — Ты знаешь, что мой отец в молодости мог пробежать сто ваших английских миль за день? А проспав ночь, наутро проснуться и пробежать еще сто? Это были дни сильных людей, до того, как пришел твой народ. До того, как вы… принесли то, что принесли.

— И что же… — Мэтью было трудно говорить, не сбиваясь с дыхания. — …мы принесли такое?