Читаем Мистер Слотер полностью

— Не так сразу, — остановил его напряженный голос Грейтхауза. Пистолет смотрел точно на Слотера. — Я вижу замочную скважину. Где ключ?

— Ключ не нужен, ларец не заперт, могу вас заверить.

— Естественно было бы запереть ларец перед тем, как закапывать. Я бы запер.

— Сэр! — Слотер снова улыбнулся, как бедному дурачку. — Это же ларец, а не змея. Он вас не укусит.

— Из собственного опыта, мистер Слотер, я знаю, что и ларец способен укусить. Особенно если у него внутри метательный нож или пистолет. Конечно, сырая погода с порохом не дружит, но я бы сказал, что этот ларец остался сухим в соломе и в мешке. Это намеренно? И там действительно пистолет?

— Нет, и ключа у меня никогда не было. Устраивает вас? Могу я сейчас его открыть, чтобы мы занялись делом?

И снова палец его лег на щеколду.

— Я сказал «нет». Возьми его, очень осторожно. Вынесем на свет. Шевелись.

Слотер вздохнул и двинулся наружу с ларцом в руках, Грейтхауз за ним. Мэтью отложил лопату и направился следом, но тут его внимание привлек мешок, скрывавший ларец. Не столько сам мешок, сколько надпись на этом мешке, сделанная яркой красной краской. Подняв мешок, Мэтью поднес его к тусклому свету из ближайшего окна и прочел: «Колбаски миссис Такк». И девиз: «Такк’ая радость!».

— Мэтью, не застревай! — позвал его Грейтхауз.

Странно, подумал Мэтью. Что-то во всем этом очень странное. Но у разбойников не меньше прав есть горячую колбасу, чем у посетителей Салли Алмонд. Или же они похитили направляющийся в Нью-Йорк груз. И все равно… странно.

Он опустил мешок в дыру и вышел.

Слотер дошел уже почти до колодца, остановился и обернулся. Подождал, пока подойдут остальные. Снова глянул на Грейтхауза, на Мэтью, снова на Грейтхауза.

— Если вы не доверяете мне открыть ларец, откройте его сами. А еще лучше — пусть откроет Мэтью. У него, мне кажется, есть и ум, и храбрость.

— Я открою сам! — вспыхнул Грейтхауз, но видно было: он чует нечто такое, что ему не нравится. — Ты стой и держи его, пальцы подальше от щеколд. Мэтью! — Он протянул младшему пистолет. — Не упускай его из-под прицела, а надо будет — застрелишь. Сможешь?

Мэтью кивнул, беря пистолет, но на самом деле не был уверен. В голосе Грейтхауза слышалось напряжение, подсказывающее, что может и правда возникнуть необходимость всадить свинец в голову Слотера, что тот задумал какую-то хитрость, и снова возникло чувство, что они не владеют ситуацией. Он отлично поражал мишени на уроках стрельбы и угрожал Слотеру, размахивая пистолетом, но сейчас шла другая игра.

— Осторожнее с этой штукой, Мэтью, — небрежно заметил Слотер. — Нехорошо будет попусту потратить свой единственный выстрел, и упаси тебя Господь случайно подстрелить мистера Грейтхауза.

Это заявление заставило Мэтью отодвинуть пистолет на несколько дюймов в сторону.

— А ты заткнись, — бросил Грейтхауз.

Он стоял футах в десяти от Слотера, и тот протягивал ему ларец, предлагая открыть. И все же Грейтхауз не подходил к нему. Звериным инстинктом он чуял в воздухе какое-то коварство.

— Тогда давайте! А то эта штука тяжелее, чем кажется с виду. Там же все деньги. — Грейтхауз не двинулся с места, и Слотер добавил: — Ладно, я его поставлю на землю и отойду. Нагнетесь и…

Он сделал движение, будто собираясь поставить ларец на землю.

— Стой где стоишь! — раздалась команда Грейтхауза. — Вот так. И чтобы руки на виду. Я видал ларцы, которые стреляют лезвием.

Слотер засмеялся, но теперь в его смехе слышалась хрипотца злости.

— Черт возьми, это же ларец! Обыкновенный ларец, не видно, что ли? — Он завертел его под разными углами. — И тяжелый. Господи Иисусе, мне так и стоять, пока корни не вырастут?

— Мэтью? — Грейтхауз не сводил взгляда со Слотера. — Сделай пять шагов вправо и три вперед. Чтобы тебе ничего не загораживало цель.

Он подождал, пока Мэтью занял нужную позицию, но более чистая линия прицела не успокоила нервы. Грейтхауз, казалось, выпятил грудь, будто бросая вызов судьбе, и прошел несколько шагов, отделявших его от противника.

— Надо отодвинуть щеколды в разные стороны, большими пальцами. Правую — вправо, левую — влево. Все очень просто.

Грейтхауз приложил пальцы, надавил. Ничего не произошло.

— Он заперт!

— Он не заперт. Механизм довольно тугой. Мне сделать самому?

Грейтхауз повторил попытку. Левая щеколда сдвинулась с легким металлическим скрежетом, правая сопротивлялась.

— Я думал, вы мужчина, — бросил Слотер.

Грейтхауз сильнее надавил на правую щеколду. Она сдвинулась, и снова с металлическим скрежетом.

То, что случилось потом, навеки впечаталось Мэтью в память, хотя произошло это с быстротой и бурной силой вихря.

Как только правая щеколда остановилась, раздался душераздирающий и рвущий уши грохот пистолетного выстрела в упор.