Со звоном в ушах после выстрела Мэтью сел перезаряжаться. Проворство его подстегивалось страхом, потому что последний выстрел Слотера пришелся слишком близко. Слотер ранен? Убит? Непонятно.

Мэтью зарядил пистолет, взвел курок и ждал следующего хода Слотера — если тот еще способен на какой-то ход.

В лесу слышался треск. Откуда — трудно сказать. Дым густой, глаза еще плохо видят. Слотер переменил позицию для следующей атаки? Обходит сзади? Мэтью чуть не окликнул его — но что в этом толку? Крикнуть ему, чтобы сдавался? Может быть, Слотер пронзен стрелой и пробит пулей, но пока он дышит, пока у него есть когти и зубы, сдаваться он не станет. Мэтью ждал, сердце колотилось, пистолет смотрел в ночь, и он не позволял себе думать, что там с Прохожим.

— Мэтью! — снова крикнула Ларк, но он боялся ответить.

Прошло время — две минуты? три? — пока он гадал, стошнит его или он просто потеряет сознание. Не случилось ни того, ни другого, но не хотелось ни мышцей пошевелить, сидя с прикрытой деревом спиной.

— Вставай, — сказал кто-то из темноты. Это был голос Прохожего, спокойный и уверенный.

Мэтью не шевельнулся. Может, у него бред от пороховых газов, или слух еще не вернулся к норме и играет с ним шутки.

— Встань, — повторил Прохожий. — Он ушел.

Мэтью был слишком ошарашен, чтобы отвечать призраку. Он ничего не видел, но хотя бы вертящиеся круги горящего пороха погасли в глазах.

Его подхватили за левую руку. Вполне материальными крепкими пальцами.

— Вставай. Он ушел. К лагерю.

Последние слова привели Мэтью в чувство. Он набросил лямку от сумки на плечо и попытался встать, но ноги не держали.

— Я думал, тебя убили.

— Слушай, — сказал Прохожий. — Ты женщин слышишь?

Слышно их не было.

На этот раз усилия Мэтью подняться на ноги увенчались успехом.

— Ларк! — крикнул он. Тишина. Снова, громче: — Ларк!

Слотер, подумал он. Подобрался в темноте и перерезал им горло ножом или бритвой, пока Мэтью защищал собственную спину.

— Ларк! — крикнул он, и голос его прервался.

— Иди за мной, — сказал Прохожий.

Мэтью взялся за его плащ и зашагал за ним, спотыкаясь. Ноздри почти сгорели от пороховой вони, но к ней примешивался еще какой-то запах, и Мэтью знал его: медный запах крови.

— Ты ранен?

— Да, — ответил Прохожий, и голос его прозвучал слегка сдавленно. — Молчи.

Но через некоторое время Прохожий остановился.

— Я здесь отдохну.

— Куда ты ранен?

— В левый бок. Чувствую в ране… осколок сломанного ребра. — Ай-ю!

Это было индейское восклицание отвращения.

— Сядь. Сесть можешь?

— Могу. Но смогу ли… снова встать?

Мэтью чувствовал, что сходит с ума. Еще чуть-чуть — и он расколется, как перекаленный горшок, и захохочет смехом безумца. Прохожий тяжело ранен. Ларк и ее мать, возможно, обе убиты. Слотер ждет, прячась между деревьями с пистолетом? В какую сторону отсюда поляна? Мэтью думал, что она в пятнадцати ярдах впереди и десяти слева, но это сквозь чащу.

— Сперва я пойду туда, — решил он.

— Иди медленно. Если женщины убиты, ты ничего сделать не можешь. Шаг… и остановка… и слушай. Слушай — значит слушай, Мэтью. Он тоже может быть ранен. Если да, ты услышишь его дыхание. Понятно?

— Да.

— Если увидишь… услышишь… почуешь что-нибудь, отчего мурашки поползут по коже… на шее… пригнись и жди. Пока не поймешь, что это. Сколько бы времени ни заняло.

— Ты меня хочешь научить, как быть индейцем?

— Я плохой учитель. Сегодня был нетерпелив… слишком много во мне английского… все-таки. — Прохожий прислонился спиной к дереву, и Мэтью увидел, как он сползает на траву. — Если выживешь… ближайшие полчаса… вернешься за мной?

— Да.

— Тогда я никуда не денусь.

Голос прозвучал устало и слабо, и Мэтью это испугало даже больше, чем перспектива снова выступить против искусства убийцы мистера Слотера.

Но Мэтью, с пистолетом в руке, отвернулся от Прохожего, сурово сжал губы и тихо двинулся в лес, заранее собираясь с духом при мысли о том, что сейчас увидит.

Глава двадцать четвертая

Встало наконец солнце ясного и прохладного утра. Запели птицы в ветвях, шевельнул кроны ветерок, послав на землю дождь осенних листьев. Мэтью поднял стрелу и увидел на окровавленном наконечнике кусок кожи с волосами.

Ну, хотя бы новый пробор Слотеру сделали. Уже хорошо, подумал он. Осматривая наутро место боя, он нашел две другие стрелы, которые выпустил Прохожий, но только на этой были следы попадания. Кое-где листья забрызгало кровью, но не в таких количествах, чтобы это свидетельствовало о поражении Слотера свинцовой пулей. Ноги у него работали, уж это точно. Что бы ни задумал Слотер, уводя из лагеря Ларк и Фейз, он, может, и не хромает, но наверняка ранен.

Мэтью поднял лук Прохожего, лежавший там, где индеец его обронил, получив пулю. Видно было, где примяты грибы и трава ползущими телами. А интереснее то, что в сорока футах виден был обрыв, а внизу — камни и ручеек. Вполне могли туда ночью сковырнуться, лежали бы сейчас и гнили в пыли. Лежать всю вечность мертвым рядом с Тиранусом Слотером не входило в планы Мэтью.