Читаем Мистер Селфридж полностью

Основным интересом текстильного траста Хэтри были универмаги, принадлежавшие семьям – теперь уже второму или третьему поколению – и оперирующие в провинциальных городах. Обычно они располагали хорошим уставным капиталом, но зачастую им не хватало средств для модернизации, и они были лакомым кусочком для Хэтри. Он вовлек в деятельность траста десятки таких универмагов, обещая им не только инвестиции, но и централизованные услуги по закупкам, информацию по продукции и отчеты о тенденциях, экспертные мнения в области управления и готовые рекламные кампании. Всего за несколько недель Хэтри собрал миллион восемьсот тысяч долларов в качестве комиссионных за серию внутренних сделок и дорогостоящих услуг и оставил десятки универмагов задаваться вопросом, стоила ли игра свеч. Пройдет еще четыре года, прежде чем мир Кларенса Хэтри рухнет, но по подобной схеме Джимми Уайт заключил сделку с Селфриджем осенью 1926 года.

Селфридж встретил Новый год в сопровождении матери Фреда и Адели Астер на балу в Королевском Альберт-Холле. Погрузившись в планирование свадьбы своей дочери Беатрис, он отказался от катания на фигурных коньках в Санкт-Морице ради быстрой поездки в Канны, где бок о бок с Дженни и Рози Долли смотрел исторический теннисный матч между Сюзанн Ленглен и чемпионкой Америки Хелен Уиллс. Позднее тем же вечером, несмотря на плохое самочувствие, Дженни и Рози заняли свои привычные места за столом для баккара в Зимнем казино – в окружении пары медсестер в штатском, которые подавали им лекарства и бренди. Вернувшись в Лондон на следующий день, Селфридж отвел дочь к алтарю в католической церкви Святого Джеймса, где она вышла замуж за графа Луи Блеза де Сибура.

В мае конгресс профсоюзов проголосовал за то, чтобы поддержать подавленных и возмущенных шахтеров, и началась первая в истории Британии всеобщая забастовка. Для шахтеров, которые и так с трудом выживали на несколько фунтов в неделю, требование работать сверхурочно по сниженной ставке стало последней каплей. Публика, которую желтая пресса убедила, что грядет анархия, ожидала всплеска насилия, которого так и не случилось. Короля Георга V возмутило, когда бастующих назвали революционерами: «Прежде чем их судить, попробуйте сами прожить на их зарплату». Как оказалось, он был прав. Забастовка прошла весьма цивилизованно. Поездами управляли полные энтузиазма волонтеры. Светские львицы, такие как леди Диана Купер, складывали экземпляры «Таймс», а леди Луи Маунтбеттен отвечала на звонки в «Дейли экспресс». В какой-то момент группу шахтеров застали за игрой в футбол с полицейскими. Все это время люди, которых «Дейли мейл» назвала «золотой молодежью», танцевали до утра, наполняя дни и ночи беспрерывным весельем. Когда в моду вошла «охота на сокровища», они заполонили «Селфриджес», перепрыгивая через прилавки и катаясь вверх и вниз в лифтах. Селфридж не возражал. Об этом широко говорили, а все «охотники» были родом из «хороших» семей.

Селфридж любил нанимать людей из «хороших» или знаменитых семей и в какой-то момент пытался уговорить младшего племянника Арнольда Беннета присоединиться к компании. «Работа в “Селфриджес” вызывает у меня сомнения, – писал Беннет племяннику. – Мне это не кажется хорошей идеей». Граф Энтони ди Босдари, старый друг Гордона-младшего по Винчестерскому колледжу, поступил на службу в рекламный отдел универмага. Босдари был известен не только своими родственными связями (он был отдаленным кузеном короля Италии), но и тем, что считался лучшим танцором Лондона. Во времена, когда танцы были в чести, это считалось полезным качеством. Модные костюмы и ловкие ноги Босдари привлекли внимание Таллулы Бэнкхед[50]. Всего через несколько недель они обручились, и Босдари подарил своей знаменитой невесте дорогое бриллиантовое колье. Таллула была не той женщиной, которая бы стала связывать свою жизнь с мужчиной без денег, и когда счет пришел на ее имя, она отменила свадьбу. Несмотря на то что случай получил огласку – а возможно, как раз из-за этого, – ее бывший жених сохранил работу. Незадолго до этого «Харродс» опубликовали серию рекламных постеров на автобусах «Загляните в “Харродс”». Босдари предложил выкупить места прямо рядом с этими плакатами и написать: «Я бы лучше заглянул в “Селфриджес”», но Вождь с сожалением отверг эту идею как слишком дерзкую. Граф вскоре разрешил свои финансовые затруднения, покинув компанию и женившись на молодой чикагской наследнице по имени Джозефина Фиш.