Читаем Мистер Д. полностью

– Диана Листницкая, – внезапно сказал блондин, и я вздрогнула. Я уже целую вечность не слышала, как кто-то произносит мое настоящее имя. Но еще более неожиданно было то, что блондин произнес потом: – Надеюсь, вы пребываете в добром здравии?

Он что – издевается? Сейчас никто так не выражается, это во-первых, а во-вторых, своим вопросом он поставил меня в неловкое положение. Мачеха и сестры мне потом всё это припомнят. Пересилив себя, я подняла голову и снова посмотрела ему в глаза. Он улыбнулся:

– Когда-то я следил за вашим… за вашей судьбой. Думаю, как и большинство людей в нашей стране.

Я еще сильнее вцепилась в блокнот и едва не разревелась. Ну зачем?! Зачем он вспоминает о том кошмаре, ведь я о нём уже почти забыла!

– Ой. Похоже, я огорчил вас, Диана? – видимо, он заметил мое состояние. – В таком случае, примите мои извинения.

Я почувствовала, как краска с щек перекинулась на уши, а затем – на плечи и шею. Хотела просто кивнуть в ответ, а вместо этого глупо замотала головой из стороны в сторону.

– Она вам не ответит. Она не… – начала было мачеха, но блондин резко её перебил:

– Не разговаривает? Я знаю.

А затем снова обратился ко мне:

– Еще раз простите меня, Диана! Всего вам хорошего!

После этих слов он вышел на улицу, сел в свою серебристую, под цвет его глаз и костюма, машину, и уехал. Мачеха и сестры, застыв на месте словно соляные столбы, молча смотрели в окно. Но едва машина скрылась из виду, сразу пришли в себя.

– Ох, ох, ох! «Примите мои извинения»! – передразнила мачеха и скривилась, будто эти слова вкусом походили на лимон: – Тьфу!

Наверное, ее дико задело, что блондин попрощался только со мной.

Я подумала, что сейчас мне здорово влетит, однако мачеха меня удивила.

– Впрочем, пусть катится! Мальчики на побегушках меня не интересуют! Теперь у нас есть дела поважнее. Пойдемте, мои дорогие, наверх, а ты, – повернулась она ко мне, – принеси нам кофе и сэндвичи. Да побыстрее! В комнату Ады.

… Когда я вошла в эту комнату с подносом, Ада лежала на кровати, задрав ноги. Между лодыжками у нее была зажата розовая бархатная подушка, которую она изо всех сил старалась удержать.

Вообще, вся комната Ады была оформлена в розовых тонах – ну прямо рай для Барби (и ад для моих глаз). Одежду, кстати, Ада тоже предпочитала розовую.

Я подошла к пластиковому столику, поставила на него поднос и стала осторожно переставлять чашки с кофе.

Тильда сидела рядом на стуле, а мачеха стояла у окна и смотрела на особняк.

Мне никогда не нравилось это громоздкое здание в американском колониальном стиле, хотя многие были от него в восторге.

Наш коттеджный поселок возник еще до моего рождения. Когда-то в этих местах располагался конный завод. Со временем завод развалился (или его помогли развалить), но, поскольку место было живописное, – вокруг леса и озера, да и от столицы недалеко, – землю выкупил один известный бизнесмен, Иван Сафронов.

Он построил здесь элитный поселок. Себя, конечно, тоже не обидел: в самом лучшем (и уединенном) месте выстроил белоснежную громадину с четырьмя колоннами на фасаде, двумя лестницами, огибающими парадное крыльцо, и просторной верандой с резной мебелью.

Наверное, ему нравилось, сидя на этой веранде по вечерам, представлять себя богатым американским плантатором.

Впрочем, ничего плохого про этого Ивана Сафронова я сказать не могу. Я его и видела-то за всю жизнь всего несколько раз. Хмурый такой мужчина, но спокойный. Невысокого роста, темные волосы с проседью. Жил он в этом доме редко, пару месяцев в году. А после того, как десять лет назад здесь случилось то, что случилось, и вовсе приезжать перестал. И дочка его, Алина, с которой мы в свое время успели подружиться, тоже больше не приезжала.

Но деньги нам хозяин переводил исправно, кроме того, благодаря его помощи я смогла выучиться и получить аттестат. Понятное дело, что чужая душа – потемки, но мне кажется, он чувствовал передо мной вину.

Всё-таки когда-то меня похитили вместо его дочери.

Конечно, это произошло по ошибке, только мне от этого не легче, ведь с тех пор вся жизнь пошла наперекосяк.

Я постаралась выбросить из головы воспоминания о тех ужасных днях, но окончательно меня от них избавил писклявый голос мачехи:

– Ну что ж, мои дорогие! Готовьтесь, нас ждут великие дела! – с какой-то странной торжественностью заявила она, не отрывая взгляда от особняка. – Бог ответил на мои молитвы, и теперь… – она загадочно замолчала, отвернулась от окна посмотрела на дочерей.

– …теперь здесь будет не так скучно? – закончила за неё Тильда.

– Причем тут скучно или не скучно, дурочка? – Ада всё-таки уронила подушку. Откинув ее в сторону, она поднялась с кровати и стала напротив сестры, скрестив руки на груди. – Новый владелец – это для нас реальный шанс вылезти из дыры. Мы в высший свет попасть сможем, понятно тебе?!

– И как же мы туда попадем? – на лице Тильды отразилось недоумение.

– Говорю же – через нового владельца! Тут главное – выработать правильную стратегию.

– Стратегию чего?

– Ну, ты точно дурочка!