Читаем Миссис убийца полностью

— Зря ты с ним связался. После смерти Боба Минноу этот человек поклялся поймать убийцу и с тех пор только тем и занимается. Он ни за что не отступится. Он совсем не похож на остальных. Собственно, это единственный порядочный человек в здешней полиции. Честно, Джонни, тебе от него не спастись. Ни деньги, ни знакомства не помогут. Одному богу известно, сколько раз пытались к нему подкатиться, да все без толку. Конечно, его бы давно убрали, он всем мешает, но дело в том, что как только ему вздумается выложить кое-какие факты, многим людям сильно не поздоровится.

У него перехватило дыхание.

— Давай дальше,— сказал я.— Наверное, за пять лет здесь произошло немало событий, а?

— Да,— ответил Пеп.— Вероятно, кое о чем ты и сам знаешь. В городе очень неспокойно, не то, что раньше. На каждом углу пивнушки, между ними игорные притоны, улицы кишат проститутками, и никого это не трогает — текли бы только деньги рекой. Пожалуй, в Линкасле сейчас дряни больше, чем в столице штата.

— Ну и кто же всем заправляет?

— Кто? Господи, городской муниципалитет, мэр, всяческие ассоциации, республиканцы, демократы, да кто угодно, черт возьми!

— Я спрашиваю о хозяине, Пеп. Кто осуществляет контроль?

— А... понял, понял. Игорные притоны принадлежат группе бизнесменов Линкасла. Точнее говоря, группе Ленни Серво. Именно он следит за этими заведениями.

— А что принадлежит лично ему?

— Что? Да ничего особенного. Он монополизировал торговлю сигаретами и разным тряпьем, но доходы у него побольше, чем у официальных владельцев заведений. Недвижимости у него никакой нет. Однако он вполне может финансировать парня, который захочет открыть салун. Ленни не из тех, кто станет рисковать. Он просто сидит и втихаря занимается своими делами.

Я затянулся сигаретой и задумался.

 Судя по твоим словам, он интересный субъект.

— Большой человек. Каждый рад стать его другом. Он не будет скупиться, если уверен, что в долгу перед ним не останутся. Ведь он подарил городу замечательный луна-парк. Попросил заболоченный участок около реки, ну, и отгрохал там такие аттракционы, что туда валом валит публика. Чудесное местечко, я тебе скажу.

— Откуда он родом?

Старик пожал плечами.

— Кто его знает. Приехал в город лет шесть назад. .Сначала содержал салун, потом откололся.—: Пеп остановился и впервые за весь разговор поднял на меня глаза.— Для человека, которому нужно немедленно смываться, ты слишком любопытен, Джонни.

— Но я смываться не собираюсь.

— Тогда можно тебя кое о чем спросить?

— Валяй.

— Ты убил Боба Минноу?

— Догадайся сам,— ответил я неопределенным тоном.

На стене хрипло пробили часы. За тонкой перегородкой будки раздался детский плач.

— Я никогда не думал, что это сделал ты, Джонни.— Он улыбнулся и высоко вздернул костлявые плечи.— Никогда, мой мальчик. Но теперь я уже не так уверен.

Я почувствовал, как гадкая усмешка расплылась по моей физиономии.

— Почему же?

— Раньше мне казалось, что у тебя бы никогда He хватило на это храбрости.

— Отчего же ты теперь засомневался?

Помолчав какое-то время, он наконец тихо произнес;

— Для того чтобы вернуться сюда, смелости потребовалось больше, чем для убийства старика’ Боба.

Я растер окурок каблуком.

— Никогда не пытайся угадать, чем на самом деле живет человек. Все равно бестолку, не получится..

— Наверное, ты прав, Джонни. А что Линдсей сказал по этому поводу?

— Линдсей — коп серьезный. Он просто прыгал от радости, собираясь повесить на меня обвинение в убийстве. У него же пистолет, из которого застрелили Боба Минноу. А на том пистолете отпечатки моих пальцев. По его мнению.

Пеп вытаращил глаза.

— Значит, это не ты?

Я протянул к нему руки, и он удостоверился, что рисунок на кончиках пальцев у меня отсутствует.

— Он не мог ничего доказать, Пеп. Хотел, конечно, но даже если бы он в точности знал каждую клеточку моего организма, все равно не доказал бы, что я —это я. Глупо, правда?

— Джонни,— задохнулся он,— Джонни...

Я расхохотался.

— Ну, что еще?

— Такого я и не слыхивал, Джонни, — просипел он ошеломленно.— Ох, хорошо бы выпить. Через два часа я снова открываюсь, так что давай смотаемся куда-нибудь.

— Вот это по-нашему,— согласился я.

Заперев ящик с деньгами, Пеп повесил- на дверь замок, потом натянул пальто, и мы вышли на улицу. Из бокового кармана у него торчала какая-то почтовая открытка. Я осторожно вытянул ее и уронил на землю.

— Смотри, ты что-то потерял,— толкнул я старика. Он поблагодарил, схватил услужливо поданное мною послание и сунул обратно.

Но я все-таки успел прочитать адpeс: Николас Гендерсон, 391, Слеттер-П'лейс.

У Пепа был потрепанный «фордик» выпуска тридцать шестого года. Он сел за руль, я втиснулся на сиденье рядом.

— Куда едем?

— Недалеко. Поблизости есть вполне приличный ресторанчик, в нем пока подают неплохие бифштексы. Кстати, там и девочки имеются, если интересуешься.

— Девочки меня всегда интересуют,— сказал я и расхохотался.

Он так резко повернулся в мою сторону, что чуть не выпустил руль.

— А ты изменился.

— Пять лет — долгий срок, Пеп. Вполне достаточный, чтобы человек стал совсем другим,— заметил я небрежным тоном.