Читаем Миссия полностью

Роговица по-прежнему оставалась мутной, зрачок выглядел бледным и молочным. Глаз действовал не согласованно со здоровым и поворачивался как бы самопроизвольно. Таита помогал Мерену фокусировать взгляд: держал перед ним амулет Лостры и передвигал его из стороны в сторону, вверх и вниз, подносил ближе и отдалял.

Вначале новый глаз быстро уставал. Он слезился, веки сами собой закрывались. Глаз наливался кровью и начинал зудеть. Мерен жаловался, что видит все расплывчато и искаженно.

Таита обсудил это с Ханной:

– Глаз другого цвета, чем данный ему природой. Он не того размера, не так двигается. Ты обмолвилась как-то, что ты садовник людей. Может, посаженный глаз принадлежит другому виду?

– Нет, маг. Новый глаз происходит от того же корня, что и данный Мерену природой. Мы выращивали конечности, отрубленные в бою. Они тоже вначале казались непринявшимися. Как глаз твоего любимца, они вырастали из семени и созревали постепенно. Человеческий организм обладает способностью формировать и развивать органы так, что они соответствуют исходным. Синий глаз невозможно заменить карим. Руку не заменить ногой. У каждого из нас есть жизненная сила, способная воспроизводить себя. Ты когда-нибудь задумывался, почему ребенок напоминает родителей? – Она помолчала и внимательно посмотрела Таите в глаза. – Точно так же отсеченную руку заменяет точная копия отсутствующей конечности. Выхолощенный пенис может приобрести прежний размер и форму.

Таита в ужасе смотрел на нее. Ханна жестко и откровенно повернула разговор на него самого.

«Она говорит о моем увечье, – подумал он. – Она знает, что меня оскопили».

Он вскочил и выбежал из комнаты. Слепо побрел к озеру и сел на берегу. Он чувствовал себя беспомощным и побежденным. Наконец, когда слезы перестали жечь глаза и взгляд прояснился, маг посмотрел на утесы, окружавшие сады. Таита чувствовал близкое присутствие Эос. Но он слишком устал и расстроился, чтобы бороться.

«Ты победила, – подумал он. – Битва завершилась, не начавшись. Я покорюсь тебе».

И тут он почувствовал, что ее влияние меняется. Оно казалось не злым и зловещим, а добрым и милосердным. Таита чувствовал: Эос предлагает ему освобождение от боли и переживаний. Ему хотелось пойти в сады и сдаться ей, отдаться на ее милость. Он с трудом встал, и тут его поразила необычность собственных мыслей и действий, их несоответствие его привычному настрою. Он выпрямился и высоко вздернул подбородок.

– Нет! – произнес он вслух. – Я не сдаюсь. Ты еще не выиграла сражение, лишь победила в первой стычке. – Он прикоснулся к амулету Лостры и почувствовал, как возвращаются силы. – Она отобрала у Мерена глаз. Отобрала мой член. У нее есть преимущество перед нами. Если бы только и у меня было что-нибудь, что я мог бы использовать против нее, оружие для нападения. Когда я найду такое оружие, я снова сражусь с ней. – Он взглянул на вершины цветущих деревьев у подножия утесов и, прежде чем сумел сдержаться, сделал шаг в ту сторону. И с усилием отвернулся. – Еще нет. Пока я не готов.

Твердой поступью вернулся он в лечебницу. И здесь обнаружил, что Ханна перевела Мерена из темного помещения в более просторную и удобно обставленную комнату. Как только Таита вошел, Мерен вскочил и схватил его за рукав.

– Я прочел свиток с иероглифами, который показала эта женщина! – воскликнул он, гордясь своим последним достижением. Но даже сейчас он не смог назвать Ханну по имени или званию. – Завтра она насовсем снимет повязку. Тогда ты удивишься: глаз стал того же цвета, что и здоровый, и так же легко поворачивается. Клянусь свежим дыханием Исиды, скоро я смогу посылать стрелу точно в цель, как прежде. – Его словоохотливость свидетельствовала о сильнейшем волнении. – И тогда мы уйдем из этого адского места. И в нем, и в здешних людях есть что-то грязное и мерзкое.

– Но посмотри, что она для тебя сделала, – напомнил Таита.

Мерен взглянул на него с легким недоумением:

– Я считаю, что больше обязан тебе, маг. Это ты привез меня сюда и помог пройти через испытание.

Вечером Мерен лег и, как ребенок, мгновенно уснул. Храпел он шумно и беззаботно. Таита за долгие годы так привык к его храпу, что эти звуки казались ему колыбельной.

Он закрыл глаза, и образы, помещенные в сознание чертенком, сразу вернулись. Таита попытался вытеснить их, но они были слишком ярки. Он не мог вырваться. Ему мерещились запах теплой женской плоти, прикосновение гладких шелковистых изгибов женского тела, голоса, полные желания, похотливый манящий шепот. Пальцы гладили его, быстрый язык облизывал, мягкий рот присасывался, а горячее тайное отверстие поглощало. В Таите всколыхнулась буря невозможных ощущений, даруемых удаленным когда-то органом. Они были совсем рядом, но вдруг растаяли. Таита хотел, чтобы они вернулись, тело его требовало освобождения, но ощущения оставались за пределами досягаемости, мучили и терзали.

– Отпусти!

С огромным усилием он высвободился и проснулся в поту. Собственное дыхание громом звучало в его ушах.