Читаем Мисс Вайоминг полностью

Рэнди. Телефон зарядился. Сьюзен позвонила. Он был дома, в Долине и блевал в ванной от страха, чувства вины и беспокойства на глазах у Дримы, которая подошла к телефону. Они с Рэнди хотели поехать вместе со Сьюзен, но Сьюзен сказала, что будет лучше, если они останутся дома на случай, если позвонит Мэрилин. Дрима делала все, что могла, чтобы успокоить Рэнди.

Сьюзен ехала ночь напролет. К утру глаза у нее покраснели, и свет восходящего солнца больно резал их. Где-то в центре Юты она купила на бензоколонке яблочного сока и сэндвич с ветчиной. Поев, она поняла, что потеряет сознание, если сразу же снова пустится в дорогу, тогда Сьюзен решила принять транквилизатор и немного поспать на автостоянке. Услышав звонок мобильника, она вздрогнула и проснулась. Звонили Дрима и Рэнди, желая узнать, нет ли новостей.

Она снова погнала машину вперед. По карте от Лос-Анджелеса до Шайенна было 1200 миль. Сьюзен долго делила 1200 на мили в час. Все время получалось что-то около пятнадцати часов. Когда она прибавила то время, что спала, вышло, что она приедет в Шайенн около семи утра по местному времени. В Юте мотор заглох. Пришлось провести там почти полдня. Сьюзен приехала в Шайенн на рассвете, измученная и голодная. Она позвонила в дверь старого дома Мэрилин, готовая к сражению, но ей открыли новые владельцы – Эллиоты, приятная молодая пара, собиравшиеся на работу.

«Ваша мать уехала год назад, – сказала миссис Эллиот, Лорина. – К нам все еще периодически звонят, разыскивая вас или ее. И мы уж никак не ожидали увидеть здесь… вас». В словах Лорины не прозвучало и намека на недовольство или неуважение. Но Сьюзен прекрасно понимала, как дурно это выглядело со стороны: вломиться с утра пораньше и при этом даже не знать, что твоя собственная мать здесь больше не живет.

Эллиоты предложили Сьюзен позавтракать, и она поела на кухне, которая сейчас хотя и изменилась, но все же оставалась той самой кухней, на которой состоялась достопамятная встреча. Лорина предложила ей принять ванну, но Сьюзен отказалась, чувствуя, что у нее не хватит сил намыливать, а потом еще споласкивать волосы. Тогда Лорина предложила ей чистую одежду, на это Сьюзен согласилась. Переодеваясь в ванной на втором этаже, она услышала доносившийся снизу приглушенный разговор. Сьюзен очень боялась, что в дело вмешается полиция. Вернувшись на кухню, она призналась, что они с матерью уже давно не разговаривают, но теперь ей нужно связаться с ней. Муж Лорины, Норм, сказал, что ситуация напоминает ему отношения его сестры с матерью, и Лорина кивнула.

Сьюзен с Лориной переворошили все телефонные книги в поисках всех возможных вариантов фамилии Мэрилин, ее девичьей фамилии, других имен и прозвищ, но абсолютно без толку. Потом Сьюзен методично объехала каждую улочку в городе – благо городок был не очень большой, – высматривая темно-бордовый БМВ. Когда солнце село, Сьюзен смирилась с поражением.

Она позвонила Рэнди, который слонялся по дому в Долине и паковал вещи, не дожидаясь, пока Сьюзен вызовет его с Дримой в Вайоминг.

Сьюзен, хотя и не совсем, но все же удалось взять себя в руки, она поблагодарила Эллиотов, а потом двадцать с чем-то часов колесила по Шайенну. Она позвонила Рэнди и сказала, что поедет на запад, в Ларами, и встретится с ними там.

Когда они встретились, Сьюзен, вся в слезах, упала в их объятия. Она оставила свою машину на бензоколонке, после чего они все вместе вернулись в Шайенн в черном мини-фургоне Рэнди. Рэнди с Дримой старались спокойно оценить ситуацию и решить, что делать дальше.

Среди прочих новостей Сьюзен смущало известие о том, что Джон Джонсон появлялся у Рэнди и Дримы. Она просто не знала, как к этому относиться, ее мысли упирались в тупик.

– Он не придурок, – сказала Сьюзен. – Просто он… не придурок.

– Я этого и не говорила, Сьюзен, – ответила Дрима. – Но у него четырехзначное примарное число.

– Оставь ты эту нумерологию, Дрима. Только не сейчас.

Нервы у сидевшего за баранкой Рэнди были напряжены.

– Он искал меня? – спросила Сьюзен. – Он даже не знает о Юджине-младшем.

«Джон искал меня», – твердила про себя Сьюзен. И снова перед ней вставала стена. Но теперь она чувствовала, будто подзарядилась энергией. Кто-то ищет ее – кто-то, кого она сама до этого пыталась найти. Она посмотрела в окно на прерии. Внезапно они перестали казаться такими огромными и страшными. Внезапно они перестали казаться местом, где можно безнадежно затеряться.

На выезде из Шайенна Сьюзен пересела за руль мини-фургона.

Глава тридцать шестая

Сьюзен усадила Юджина-младшего на бетонный выступ рядом с цистерной с пропаном. От облегчения все ее тело расслабилось, но ребенок просто радовался, и только.

Перейти на страницу:

Все книги серии Fabula Rasa

Мемуары придворного карлика, гностика по убеждению
Мемуары придворного карлика, гностика по убеждению

«Мемуары придворного карлика, гностика по убеждению» – так называется книга, выходящая в серии «fabula rasa» издательства «Симпозиум».Автор, скрывающийся под псевдонимом Дэвид Мэдсен – ныне здравствующий английский католический философ, теолог и монах, опубликовал роман в 1995 году. По жанру это дневник личного секретаря Папы Льва Х, карлика Джузеппе, представляющий Возрождение и его деятелей – Рафаэля, Леонардо, Мирандолу глазами современника. «Мемуары» написаны как бы изнутри, человеком Возрождения, всесторонне образованным космополитом, пересматривающим понятия добра и зла, порока и добродетели, извращенности и нормы. Перед нами завораживающе-откровенный, резкий и пугающий своим документализмом роман о Ренессансе и не только.

Дэвид Мэдсен

Семейные отношения, секс / История / Проза / Историческая проза

Похожие книги

12 великих трагедий
12 великих трагедий

Книга «12 великих трагедий» – уникальное издание, позволяющее ознакомиться с самыми знаковыми произведениями в истории мировой драматургии, вышедшими из-под пера выдающихся мастеров жанра.Многие пьесы, включенные в книгу, посвящены реальным историческим персонажам и событиям, однако они творчески переосмыслены и обогащены благодаря оригинальным авторским интерпретациям.Книга включает произведения, созданные со времен греческой античности до начала прошлого века, поэтому внимательные читатели не только насладятся сюжетом пьес, но и увидят основные этапы эволюции драматического и сценаристского искусства.

Александр Николаевич Островский , Оскар Уайльд , Фридрих Иоганн Кристоф Шиллер , Иоганн Вольфганг фон Гёте , Педро Кальдерон

Драматургия / Проза / Зарубежная классическая проза / Европейская старинная литература / Прочая старинная литература / Древние книги
Достоевский
Достоевский

"Достоевский таков, какова Россия, со всей ее тьмой и светом. И он - самый большой вклад России в духовную жизнь всего мира". Это слова Н.Бердяева, но с ними согласны и другие исследователи творчества великого писателя, открывшего в душе человека такие бездны добра и зла, каких не могла представить себе вся предшествующая мировая литература. В великих произведениях Достоевского в полной мере отражается его судьба - таинственная смерть отца, годы бедности и духовных исканий, каторга и солдатчина за участие в революционном кружке, трудное восхождение к славе, сделавшей его - как при жизни, так и посмертно - объектом, как восторженных похвал, так и ожесточенных нападок. Подробности жизни писателя, вплоть до самых неизвестных и "неудобных", в полной мере отражены в его новой биографии, принадлежащей перу Людмилы Сараскиной - известного историка литературы, автора пятнадцати книг, посвященных Достоевскому и его современникам.

Людмила Ивановна Сараскина , Леонид Петрович Гроссман , Альфред Адлер , Юрий Михайлович Агеев , Юрий Иванович Селезнёв , Юлий Исаевич Айхенвальд

Биографии и Мемуары / Критика / Литературоведение / Психология и психотерапия / Проза / Документальное