Читаем Мисс Никто полностью

Голову ломило. Зато тошнота прошла. Рука горела от магии молота, сгибаясь все сильнее. Поддаваясь. Предавая. По лицу, разъедая глаза, потек пот. Хорошо, что она собрала волосы в хвост, а то висели бы сосульками, вызывая в Росси смех. Спина тоже промокла. Самое ужасное, не для неё, для вампира, впрочем, для оборотня тоже, воняла Ник сейчас знатно — если выживет, её отчитают по полной. И унизят — так уже бывало. Хотя какого орка думать о том, как будет морщиться вампир и оборотень из-за её запаха пота, если она не удержит заклинание? А если удержит… Нет, проболтаться, что это был молот, нельзя. Запрут потом в какой-нибудь лаборатории, изучая и ожидая одаренное потомство. Так тоже бывало с ловцами.

Держаться. Это сейчас главное.

На рукоять кинжала поверх её пальцев легла мужская ладонь без доспеха. Ник была дико благодарна Росси за это — перчатка с магусилением ничего бы не оставила от её пальцев. Потерять обе руки за бой она не могла себе позволить хотя бы потому, что жила в одиночестве. И сдыхать бы пришлось опять же в одиночестве.

Перес оценил её защиту — он шагнул ближе, тихо вкалывая в сводящее с ума сломанное запястье обезболивающее.

Молот рассыпался пылью, заставляя чихать даже через маску.

Росси впервые за все время рыкнул:

— Перес, будешь тянуть лапы к моему бойцу — отломаю по самые плечи! — Он достал из раскрывшейся на бедре аптечки моментальный бинт. Ник даже губы облизала от зависти — ей бы такие нашпигованные полезностями доспехи… Не для боя, а потом, чтобы были силы добираться домой… — Мисс Доу, можно вашу правую руку?

Она, стиснув зубы — боль не уходила моментально, заставляя по лицу течь еще и глупые девичьи слезы, протянула руку. Росси осторожно подернул вверх припорошенный пылью оранжевый рукав худи и принялся накладывать повязку, тут же застывавшую для фиксации перелома. Бинт еще при этом и приятно холодил — вот что значат технологии фейри. Человеческий гипс умудрялся до кучи вызывать дикий зуд.

Ник рукавом вытерла слезы:

— Простите.

— Все нормально, — отозвался Росси под непонятно смешливым взглядом Переса. — Слезы бывают даже у профессионалов. А вы, Доу, молодец.

Она, забывшись, открыто улыбнулась:

— Если признаете мой профессионализм, то отзовите бойцов.

— Это преждевременно, — выпрямился Росси, отпуская руку Ник. — Это очень преждевременно.

Ник дернула плечом:

— Тогда воюйте. Только я говорю, Росси, что это любовь.

Перес сухо засмеялся:

— Девочка, не делай из нашего лигра прикроватный коврик — Росси у нас птица одинокая и готовая есть с любой протянутой руки.

Ник только рот широко открыла — Росси… Лигр? То-то он в клане тигров…

Росси процедил сквозь зубы:

— Перес, я подаю в отставку сразу же после задания — ты меня достал.

Перес хмыкнул:

— Однако. Третья за все время угроза уйти в отставку. Признайтесь, ловец Доу, чем вы так приворожили нашего Ли…

Росси резко подался на вампира, и тот с улыбкой, показывая все свои острые, мелкие зубы, поправился:

— …ндро…

— Не играй с огнем, Мигель, — очень тихо сказал Росси. Ник поджала губы — происходящее ей не нравилось: оказаться в центре разборок оборотня с вампиром и выжить при этом невозможно:

— Простите, господа, я вас вынуждена оставить. — Она шагнула в сторону разрушенной стены, через которую было видно дымку Границы. — Дело не ждет, а вы тут продолжайте, воюйте…

Росси остановил её — аккуратно за плечо:

— Секунду, ловец. — Он бросил в рацию: — Утес, отходите на изначальные позиции.

Рация что-то еле слышно рыкнула — слов было не разобрать. Росси только сморщился, стуча по шлему — кажется, на него наорали. Даже интересно, кто там такой смелый оказался… Перес подошел ближе, доставая изящную, тонкую рацию из кармана подпаленного пиджака — Ник широко раскрыла глаза от испуга: она не в Росси попала боевым заклинанием, она высшего вампира отбросила в сторону. Самое время орать про временное помутнение рассудка и искать любую щель в качестве убежища. Или прятаться за Росси — вдруг не выдаст.

Рация в руках Переса пискнула:

— …мать твою, ты мяты объелся?! Куда отходить?! Тут до человеческого жилья меньше пятиста ярдов!

Другой голос холодно сказал:

— Листопад, это Жердь, подтверди команду на отход.

И еще один:

— Лист, это Ульв, жду повтор команды…

Перес поднес рацию к бледным, узким губам:

— Это Мигель Перес. Подтверждаю команду Листопада на возвращение на исходные позиции. Возвращайтесь, тут работает ловец.

В ответ на Ник обрушилась отборная ругань — вампир заботливо поднес рацию к её уху, чтобы было слышнее.

Кто-то, кажется, Жердь, пробухтел:

— Если эта человеческая тварь облажается — раскатают по асфальту нас, а не его.

Росси буркнул:

— Отставить разговоры. Заткнитесь, кто не понял. Ловец — один из нас.

Ник нашла в себе силы улыбнуться:

— Росси, Перес, благодарю, а сейчас мне пора…

Перейти на страницу:

Все книги серии Дом на колесах

Похожие книги

Зеленое золото
Зеленое золото

Испокон веков природа была врагом человека. Природа скупилась на дары, природа нередко вставала суровым и непреодолимым препятствием на пути человека. Покорить ее, преобразовать соответственно своим желаниям и потребностям всегда стоило человеку огромных сил, но зато, когда это удавалось, в книгу истории вписывались самые зажигательные, самые захватывающие страницы.Эта книга о событиях плана преобразования туликсаареской природы в советской Эстонии начала 50-х годов.Зеленое золото! Разве случайно народ дал лесу такое прекрасное название? Так надо защищать его… Пройдет какое-то время и люди увидят, как весело потечет по новому руслу вода, как станут подсыхать поля и луга, как пышно разрастутся вика и клевер, а каждая картофелина будет вырастать чуть ли не с репу… В какого великана превращается человек! Все хочет покорить, переделать по-своему, чтобы народу жилось лучше…

Освальд Александрович Тооминг

Проза / Роман, повесть / Советская классическая проза / Роман
Дороги товарищей
Дороги товарищей

Патриотический, дышащий молодостью роман Виктора Николаевича Логинова «Дороги товарищей», в одночасье сделал молодого автора известным всей стране, «с южных гор до северных морей». Книга в увлекательной форме рассказывает о жизни и дружбе старшеклассников до войны и об их героической судьбе в период фашистской оккупацииРоман имел необычайный успех во всей стране, и даже сейчас, спустя более полувека, его помнят и любят. Он вышел вскоре после войны, и многие читатели узнавали в его героях самих себя. В их памяти была жива довоенная юность… Конечно, молодые люди той поры отличались от нынешних. В наш прагматичный век героев Логинова назвали бы наивными романтиками, но они — это и мы тоже. Ведь поколения словно соединены между собой в единую неразрывную цепь: тронешь одно звено, а другое отзовется.

Виктор Николаевич Логинов

Проза / Роман, повесть / Советская классическая проза / Военная проза / Роман