Читаем Мишень для Слепого полностью

Генерал Потапчук под внимательным взглядом Глеба, ничего не утаивая и стараясь ничего не упустить, поведал ему о старом гравере.

Закончив рассказ, он выложил из портфеля на стол пластиковую папку.

– И вот самое главное.

– Это фотографии генерала Разумовского, насколько я понимаю?

– Правильно понимаешь.

Глеб допил уже холодный кофе и принялся рассматривать снимки.

– Хорошо сохранился для своих лет.

– Да, неплохо. Ты, Глеб, должен будешь за ним следить. Если его попытаются ликвидировать, постарайся этого не допустить. Попробуй собрать о нем информацию. Для меня в этом деле слишком много неясного Они еще полчаса сидели, пили кофе, курили, выстраивали схему операции. Разумовский вылетал в Калининград, о цели полета Потапчуку ничего узнать не удалось Он предлагал Сиверову воспользоваться рейсовым самолетом, опередить Разумовского и поджидать его прилета в Калининграде. Но Глеб выбрал другой путь.

– Подготовьте мне машину – командирский УАЗ, пошарпанный с виду, но надежный, с форсированным двигателем, запасные документы. Я поеду по шоссе, оружие и техническое оснащение переправите самолетом. У вас же найдется свой человек в городе, у которого я смогу их получить?

Потапчук возражал, спорил, но потом принял все предложения Сиверова.

Ни Глеб, ни генерал ФСБ даже представить не могли, куда их выведет кривая. Пока в руках генерала и Сиверова была лишь тонкая нить. Но они, еще сами того не ведая, начали распутывать огромный клубок.

Глеб собрал фотографии, сунул их в свою спортивную сумку.

– Как я с вами могу связаться?

– Как всегда.

– Потом встретимся здесь, на этой квартире?

– Можно будет на этой, можно на другой. Но с соблюдением всех мер предосторожности.

Глеб пожал руку Потапчуку, взглянул в глаза.

– Я сделаю, генерал, все, что от меня зависит.

– Надеюсь, Глеб Петрович.

– До встречи, – бросил напоследок Сиверов, подходя к двери и прислушиваясь к тому, что делается на лестничной площадке.

Там царила тишина, лишь слышался лай какого-то пса, явно запертого в квартире или на балконе. Глеб открыл дверь и покинул квартиру. Кроме четырех снимков, в сумке Глеба лежала визитка, на которой значилось название калининградской фирмы, занимающейся растаможкой грузов, ее адрес и фамилия президента – Петрович С. Ф., и лист бумаги с адресами генерала Разумовского, а также номера его служебного и личного автомобилей.

– Слушай, Илюха, – развалясь на диване, сказал Олег Барташов и потянулся. – Меня заколебало уже торчать здесь и неизвестно чего ждать. Денег полные карманы, а мы сидим и боимся устроить себе красивую жизнь.

Из кресла перед телевизором ему ответил Илья Железовский:

– Так Коптев же приказал сидеть несколько дней и нигде не появляться.

– Коптев, Коптев, – буркнул Барташов, – заколебал он меня своими приказами. Все, что он говорил, мы сделали. Теперь можно и расслабиться.

– Без разрешения начальства – нельзя.

У старшего лейтенанта Железовского и капитана Барташова поверх белых рубашек тянулись тонкие ремни, под мышками висели пистолеты. Но по повадкам парни больше были похожи на бандитов, нежели на сотрудников спецслужб.

Илья продолжал нажимать то на одну, то на другую кнопку пульта, переключая каналы телевизора. Новости сменялись мексиканским сериалом, сериал – научно-популярным фильмом.

Наконец Илья расплылся в улыбке. Ему повезло: на экране в короткой юбке и в черных чулках отплясывала с микрофоном в руках его любимая певица Анжелика Варум.

– Вот ее я бы трахнул! – объявил Илья.

Барташов расхохотался, скосил глаза на экран телевизора.

– И я бы ее трахнул. Только знаешь, в чем проблема, Илья? Ни тебе, ни мне она не даст.

– Тоже мне скажешь… Показал бы ей пачку баксов – сразу бы ноги раздвинула.

– Ты что думаешь, ей башлей не хватает?

– Хватает, но какая баба откажется от бабок, если еще при этом получит удовольствие?

– Правильно… Но какого хрена мы здесь сидим?

Могли бы давным-давно быть дома, – вновь заныл Барташов.

Железовский, не отводя вожделеющего взгляда от экрана телевизора, отозвался:

– Ничего не поделаешь, надо ждать майора. Вообще он какой-то странный последнее время.

– Ни хрена не странный. Он свое дело делает, наверное, хочет получить еще одну звезду.

– Он хочет заработать много денег, – уточнил Железовский.

– Да у него денег столько… Правда, интересно, откуда он их берет, если вот так запросто нам отстегивает по пять штук.

– Да, денег у него хватает. Но пять, десять тысяч – это не деньги. А вот миллион «зеленых» – уже деньги.

Если бы тебе, Олег, выпало счастье урвать миллион, что бы ты делал?

Олег Барташов привстал на диване, надул щеки, даже немного покраснел.

– Здорово было бы, просто классно! Я бы придумал, как их использовать.

– А я уже придумал, – сказал Илья. – Слушай, давай баб позовем, а? Все равно Коптев сегодня не приедет, а времени у нас пруд пруди. Давай оттянемся по полной программе. У тебя же есть телефоны проституток?

– Конечно, есть, – сказал Барташов и посмотрел на свой висевший на спинке стула пиджак, во внутреннем кармане которого лежал блокнот. – И что мы с ними станем-ляжем делать?