Читаем Миры Гарри Гаррисона. Том 17 полностью

— Да нет. Хочу взять кровь на анализ.

— Я бы этого делать не стала, — поспешно сказала Рэмбетта. — Мы совсем ничего не знаем про его кровь. Может быть, она такая едкая, что даже самая маленькая капелька проест насквозь пол, все палубы и доберется до корпуса, и тогда мы все погибнем.

— Вы бы лучше заткнулись, — намекнул Кейн. — Я собираюсь взять кровь у Мордобоя.

— А, тогда другое дело, — сказала Рэмбетта с облегчением. — Берите, сколько хотите.

— Спасибо, — сухо ответил Кейн, отрезал у Мордобоя крохотный кусочек мочки левого уха и капнул несколько капель крови в глиняный цветочный горшок. — Сейчас пропущу ее через анализатор.

— Потрясающе! — сказала Киса. — Мне еще ни разу не доводилось видеть настоящую науку в действии.

Билл поглядел на садовые ножницы и подумал, нельзя ли будет позаимствовать их ненадолго, когда Кейн закончит. Он уже сломал два ножа Рэмбетты, безуспешно пытаясь подрезать ногти на своей слоновьей ступне, и та сказала, что больше ни одного ему не даст.

— Невероятно, — произнес Кейн, нажимая клавиши анализатора.

— Что вы обнаружили? — спросил Билл. Все остальные столпились вокруг.

— Полное отсутствие хлорофилла, — ответил Кейн. — Ни разу еще ничего подобного не видел.

— Так ведь речь идет о человеке, — возразил Билл. — У Мордобоя, конечно, есть свои недостатки, но все-таки он больше животное, чем растение.

— До сих пор мне здесь не приходилось анализировать ничего, кроме стеблей или листьев, — сказал Кейн, качая головой. — И в них всегда есть хлорофилл.

— Где это я? — спросил Мордобой, садясь. — Что на обед? Жрать хочу.

— Я тоже, — сказал Кристиансон. — Еще никогда я не был так голоден.

— Так вы оба живы! — воскликнул Билл.

— А ты как думал? Спятил, что ли? — проворчал Мордобой, держа в руке безжизненно обвисшее инопланетное существо. — А это что за штука? Последнее, что я помню, — это как я нюхал какой-то стручок.

— Осторожнее! — завопил Кейн, бросившись к нему и выхватив существо у него из рук. — Это исключительно ценное инопланетное существо!

— И у меня такое есть, — сообщил Кристиансон, держа его на вытянутой руке за обмякшую перепончатопалую лапку. — Только, по-моему, оно у меня уже мертвое.

— Они оба мертвые, — сказал Кейн. — Как вы себя чувствуете, Мордобой?

— Жрать хочу, — ответил тот. — А так ничего себе, только ухо почему-то болит. Пошли, пожуем чего-нибудь.

— Им пришлось нелегко, — сказала Рэмбетта. — И я тоже проголодалась.

— Я останусь здесь и займусь изучением инопланетян, — решил Кейн. — Подлинный ученый должен быть выше таких низменных занятий, как еда, когда он стоит на пороге небывалого и эпохального открытия.

— Пора жрать. Пошли, — сказал Мордобой, глотая слюну.

— А что это тут так дерьмом воняет? — потянув носом, спросил Кристиансон, когда они направились в сторону камбуза.

— Лучше не спрашивайте, — ответил Билл, обрадованный, что можно больше не думать об инопланетянах и вернуться к обычным заботам о еде и канализации.

— Смотрите-ка! — сказала Киса. — Ах нет, уже убежала.

— Кто убежал?

— Мне показалось, что там была мышь. Она тут же шмыгнула за угол, я даже не успела ее разглядеть.

— Надеюсь, что отбивные еще остались, — сказал Мордобой. — Иначе кому-то придется плохо.

«Шмыгнула? — подумал Билл. — Она в самом деле сказала “шмыгнула”?»

Отбивные еще оставались — во всяком случае, после того, как за них взялся Мордобой, их хватило на целых десять секунд. Он бы управился и раньше, если бы не пришлось ткнуть вилкой в руку Кристиансону, чтобы не лез.

Мордобой и Кристиансон мгновенно расправлялись со всем, что только появлялось на столе. Все и раньше знали, что аппетит у обоих намного выше среднего, но теперь зрелище было просто невероятное.

— Невероятно, — сказала Рэмбетта, поднимая вилку с повисшей на ней жареной морской улиткой. — Послушайте, по-моему, это должно хрустеть.

— Что видишь, то и получишь, — отозвался Ухуру, усевшийся за стол вместе со всеми, не снимая скафандра. — Это только что из печи.

— Но в микроволновой печи морских улиток не готовят, — возразила Киса. — Они должны хрустеть. Их жарят во фритюрнице.

— Фритюрница поломалась, когда мы приземлялись, — сказал Ухуру. — Такая хорошая была фритюрница, только теперь она никуда не годится. А вот эти блинчики из гремучих змей с черной икрой на вид очень даже ничего.

— Замечательные блинчики, — подтвердил Кристиансон, хватая полную пригоршню и выливая на них полбутылки горячего соуса. — Лучше берите скорее, если хотите, чтобы вам досталось. А то я за себя не отвечаю.

— Я не хочу вылезать из скафандра, — жалобно сказал Ухуру. — Не желаю превратиться в зомби.

— Все это глупости — про зомби. Это Кейн выдумал, — заметил Мордобой, выдирая из жареной индейки с Проциона-3 сразу все четыре ножки. — Гляньте на меня — какой всегда был, такой и есть. Передайте-ка мне еще вот этого фу-фу.

— Сейчас будет готово, — робко отозвался капитан Блайт, который был назначен дневальным по камбузу и потому прикован цепью к плите. — Уже дожаривается. Я же не могу делать все сразу.