Удивление отступило, и меня поглотила ярость. Внутри разбушевалась стихия. Мной завладело жгучее желание остудить пыл рыжей. Торнадо достиг уже ног Илая, когда я метнула взгляд на Джордану, сжав от злости зубы. Внезапно вода в реке поднялась, осушая каменистое дно, и, словно кобра, танцующая под дудочку заклинателя, нависла над девушкой. Я открыла от изумления рот, почувствовав, что это – творение моих рук. Вода на мгновение стала неотъемлемой частью меня, как если бы это была моя правая рука. Гнев смешался с удивлением, внимание рассеялось, и тонны ледяной воды рухнули на Джордану. Торнадо сразу исчез.

Она сделала глубокий шумный вдох, вода потоками струилась вниз. Мокрая насквозь одежда и волосы облепили ее, как кокон. Джордана, следуя за взглядами Илая и Нита, устремленными на меня, повернула голову. Ее рот приоткрылся, как мне показалось, от возмущения. Лицо Илая сияло, как полная луна в ночном небе, он издал ликующий крик.

– Ты – чудо! – восторженно произнес он, очутившись рядом со мной. – Вы это видели?! И это при том, что Лила даже ни о чем не подозревает!!!

О чем не подозреваю?!

– Ты нашел ее! – закричала она и бросилась в нашу сторону. Меня?!

Она обняла меня, затем его и снова меня. В ее глазах было море теплоты и радости, хоть купайся в них. К нам присоединился Нит и стал рядом с рыжей, почесывая лысую голову, испачканную сажей. Илай смерил поджаренного Нита и насквозь мокрую Джордану взглядом и, не выдержав, засмеялся.

– Да, вы еще та парочка! – покачал он головой.

Глава восьмая

Привет из преисподней

Я отступила на шаг. В голове была уже полная неразбериха. Мой взгляд напористо изучал Илая. Мне требовалось объяснение.

– Что всё это значит?!

– Мы все обладаем особой силой, – опередила его Джордана. – Илай – огонь, Нит – земля, я – воздух, а ты – вода, – сказала она, указывая на мокрые волосы.

– Я – кто?! – поиск разумного и рационального в моей жизни прекратился еще несколько дней назад, но я все-таки не могла поверить в ее слова.

– Ты скоро поймешь, – бросил Илай своим непринужденным тоном. С его слов всё было проще, чем казалось.

– Я объясню.

Илай протянул мне руку. Затем он повернулся к друзьям и произнес тоном, не терпящем возражений:

– Возвращайтесь!

Нит недовольно скривился:

– Мне тут нравится. Я остаюсь!

Илай метнул на него недовольный взгляд, а Нит проворчал:

– Считай это моральной реабилитацией за полученные травмы.

– Мы поговорим с тобой позже, – сказал Илай, не оборачиваясь на него, и мы ушли.

– Значит, ты огонь? – спросила я, пока «Lamborghini» сворачивала с лесной дороги на асфальт. Илай, улыбнувшись, кивнул.

– Ты ведь уже думала об этом.

– Да, у меня были похожие мысли. Я пыталась найти информацию в легендах индейцев. Там есть описание божества Макичи, что очень отдаленно напоминает тебя.

– «Очень отдаленно» – здесь ключевые слова, – покачал он головой. – В этих легендах правды не больше, чем в изображениях. Ты видела, какой хобот они пририсовывают мне?!

Я накрылась ладонями, и он снова засмеялся.

– Просто поверь мне на слово, ничего похожего на правду! – сказал он, сотрясаясь от хохота.

– Я ни о чем таком не думала! – сказала я, не поднимая головы.

– Прости! – он даже не попытался сдерживать улыбку. – Меня забавляет, когда ты краснеешь.

– Наслаждайся последними моментами, я уже начала привыкать к твоим шуткам.

– Тогда берегись! – прищурил он глаза. – Наслаждаться я люблю по полной программе!

Наш дружный смех наполнил салон автомобиля, и когда мы успокоились, я спросила:

– Так ты божество огня или дух природы?

– Наверное, если вкладывать в слово «божество» тот смысл, что обычно вкладывают в него люди, я определенно божество. Хотя называть нас можно как угодно, от этого смысл не меняется. Мне больше нравится считать нас представителями стихий.

– Значит, ты не сам огонь, а его, так сказать, ответственное лицо?! – вопрошала я.

– Верно, – улыбнулся он.

За окном проносился бесконечный лес, словно абстрактная декорация к фантастическому фильму, в котором я оказалась в главной роли. Я вспомнила, как еще с утра мы сидели под деревом и Илай с горечью в глазах сказал: «В какой-то момент мне действительно показалось, что если я уйду, то будет лучше. Потому что есть вещи, очень сложные вещи, которые я не могу изменить…»

Огонь и вода… Я повернулась к Илаю с вопросом, из-за которого мое сердце сорвалось с места.

Он помрачнел, под скулами загуляли желваки. Машина замедлила ход и остановилась у обочины. Илай повернулся ко мне и поправил прядь волос.

– Хочется смотреть на это как на вопрос, на который мы найдем ответ… Я верю, что найдем. А проблема в том, что есть кое-кто, кому очень не нравится, что мы вместе, – в его голосе сквозила печаль.