– Боже, это же стоит кучу денег! – воскликнула я, увидев на каждом из них дизайнерских лейблы. Только джинсы тянули на тысячу с лишним долларов, а здесь их было по меньшей мере штук десять. – Я не могу это взять!
– Тебе не нравится?! – ошеломлено проговорила Джо.
– Очень нравится, но их так много!
– Для себя ты уже всё скупила, теперь будешь скупать для Лилы. У нас в доме скоро не останется места, кругом твои вещи, туфли, сумки и всякое барахло! – проговорил Нит, скорчив недовольную гримасу.
– У меня только самое необходимое! – Джо сузила глаза.
– Да, поэтому многие вещи ты даже не разу и не надела, – произнес он с издевкой. Они ссорились как муж с женой, мне стало смешно. – И забрала мой кабинет под дополнительную гардеробную!
– Ты сам мне его отдал! – уперла она руки в бока.
– Ну, – поднял он свои большие карие глаза к потолку, – ты очень убедительно попросила.
На щеках Джо вспыхнули алые пятна, словно маки.
Нит подмигнул ей.
– У меня есть еще пара бесхозных комнат.
– Ты об этом пожалеешь! – Джо от возмущения заговорила шипящим шепотом.
– Уже возбуждает, – проговорил Нит, поигрывая бровями.
Он подался вперед, опираясь локтями на колени. Отсутствие грации у Нита с избытком компенсировала брутальная резкость. В сочетании с добром, сиявшим из его глаз, она обретала особый шарм.
– Семейные разборки оставьте себе! – Илай хлопнул ладонью по груди Нита. – Теперь мой черед.
Илай протянул мне маленькую черную коробочку, не больше шкатулки. В ней лежал серебристый ключ. Самый обычный, немного потертый, который мог подойти к сотням замков. Оставалось только гадать, от чего он мог быть.
– От твоего сердца? – усмехнулся Нит.
– От его сердца был бы не ключ, а сложный шифр, – предположила Джо.
– Значит, Лила – первоклассный взломщик, – произнес Илай, развалившись на диване, его ноги лежали на журнальном столике.
– Так от чего он? – меня одолевало любопытство.
– Я не скажу, – Илай хитро улыбался, – а покажу.
– Сегодня?!
Он по-кошачьи прищурил глаза и покачал головой. Все были заинтригованы, меня же любопытство просто раздирало на части.
– И, конечно же, это, – Илай показал на предмет, спрятанный за белой бумагой. То, ради чего мы приходили к стеклодуву.
Я подошла к столу, строя догадки, что спрятано внутри.
– Я могу открыть? – обратилась я к Илаю.
– Скорее! – выкрикнула Джо.
Я разорвала тонкую бумагу. Под ней оказалась скульптура, изображавшая двух влюбленных. Огонь и вода. Они стояли, крепко обнявшись. Нет, даже не так – они практически переплелись вместе: огненно-оранжевый юноша стоял, наклонив голову к хрупкому голубому силуэту девушки. У его ног вспыхивали языки пламени; поднимаясь наверх, обвивали ее тонкий стан. Местами оранжевое и голубое стекло смешивалось, создавая необыкновенную игру цвета и глубины.
– Боже!!! – я прикрыла лицо ладонями. – Они великолепны. Это просто… что-то… что-то невероятное!
– Только я заказывал ее не как подарок для тебя, – сказал Илай, и я от удивления просто примерзла к полу. Он засмеялся.
– Нет?!
– Он для нас с тобой, мы поставим его дома.
Как эти слова грели меня, поднимали на невиданные высоты блаженства! Я знала, что Илай живет в одном доме с Нитом и Джорданой, что когда я приеду в Амбре, то тоже буду жить там, но сделать первую покупку в наш дом было просто невероятным чувством. Наверное, я бы пришла в восторг даже если бы мы купили упаковку молока или сковородку, а тут – целый шедевр, изображающий нас, как семейный портрет, только лучше.
– Одобряю, – улыбался Нит. – А теперь мой подарок, – он протянул мне красный пенал. В нем тоже лежал ключ.
– Еще один, – констатировала я.
Только с этим всё было проще. Ключи от машины. От «Ауди».
Илай присвистнул.
– R8.
– Конечно же, – заулыбался Нит.
– Ты что, даришь мне машину? – голос пискляво подскочил вверх.
– Всего лишь машину, – небрежно бросил Нит.
– Я не могу ее принять, – покачала я головой.
Все засмеялись, если бы отлично пошутила.
– Конечно, можешь, – улыбалась Джо.
– Думаю, ты удивишься больше, когда обнаружишь, от чего вон тот маленький ключик, – Нит вытянулся рядом с Илаем. Они были настолько разными, что даже при большом желании найти между ними сходство не удавалось. Такой большой и смуглый Нит, похожий на черного барибала, и Илай, который повадками и грацией напоминал золотистого ягуара.
Я держала ключи в руках, не зная, как поступить.
– Это же твое восемнадцатилетние, самый важный день для туата. Машина – всего лишь приятная декорация к нему.
А потом подошел Пьетро и протянул синий бархатный кейс.
– С днем рождения, – он впервые мне улыбался, хотя едва заметная тень настороженности всё еще плескалась на задворках его взгляда.
Я открыла крышку и обнаружила браслет из белого металла, переплетенного, словно волны. На браслете подрагивали подвески из сапфиров в виде капелек. Они ярко искрились даже в мягком свете китайских ламп. Пьетро помог застегнуть его на тонком запястье. Его пальцы касались кожи, разливаясь по мне теплом.
– Спасибо, – проговорила я, ошеломленная подарком.
– Чуть не забыл! – воскликнул Илай.