Читаем Мировой Ворон полностью

Густой туман расплылся по сторонам, принимая форму выше и крупнее, чем все остальные участники собрания, вместе взятые. Затем из тумана проступила широкая клыкастая морда. Это был очень крупный тролль, сплошь покрытый густым мехом с серыми и черными полосами. Мускулы его казались дряблыми, а длинные когти согнулись в крючки. Но его вид ужаснул даже Финиуса.

– Мы – Грядущая Буря, – нараспев произнес тролль голосом, похожим на грохот камней. – И мы говорим за Варорга.

Ториан поднялся и посмотрел на огромного зверя, сидящего рядом с ним. Пурпурный священник не испугался, но, вероятно, и он, и Один Бог впервые видели тролля.

– Варорг и Рованоко – это одно и то же, – заявил он. – Два имени для одного и того же бога. Как такое возможно?

Грядущая Буря повернул взгляд глубоко посаженных сияющих глаз на Пурпурного священника.

– Мы прозябали во льдах долгие годы, человек камня. Пока он не призвал нас. – Он наставил крючковатый коготь на Финиуса. – Мы думали, что остались последними из Теневого народа. Мы рады узнать, что ошибались. Мы говорим за ту форму, которую принял Рованоко, когда впервые появился перед Ледяными Людьми.

– Так, значит, у Ледяного Гиганта за этим столом будет два голоса? – подозрительно спросил Ториан. – Возможно, мы вообще совершили глупость, придя сюда.

– У вас не было выбора, – заявил Финиус. – Если бы вы не пришли сюда, ваша сила постепенно бы угасла, и тогда никто не смог бы помешать Искривленному Древу поработить народ ро.

Ториан опустил голову, снова сел на стул и стиснул зубы.

– Если Мировой Ворон хочет поделиться с нами своей силой, мы с благодарностью примем ее. – Он повернулся ко все еще пустому стулу, над которым неуверенно закручивался вихрь силы Джаа, пытаясь обрести телесность. – И я, разумеется, больше достоин вашей поддержки, чем вероломный Огненный Гигант.

– Вот в этом я могу с тобой согласиться, – одобрил Магнус. – Возрождение Шаб-Ниллурата лежит на его совести.

Финиус потер глаза, и они с Бромом обменялись раздраженными взглядами.

– Думаю, Джаа сейчас слабее любого из вас, – произнес он. – Тень Далиана Охотника на Воров даже не может появиться на собрании, чтобы говорить от имени своего бога. У его тени нет избранника, который удерживал бы ее в реальном мире.

– Я знал его при жизни, – вдруг сказал Бром. – Его сын был моим другом. Если мы не поможем ему, он будет скитаться между мирами вечно.

– Ну и пусть скитается, – сказал Ториан. – Мы не будем оплакивать его отсутствие.

– Но Аль-Хасим захотел бы ему помочь, – заметил Финиус. – И мы не должны так легко бросать Джаа на произвол судьбы.

– Значит, ты разделишь свою силу между нами? – спросил Ториан. – Не слишком ли мало ее придется на каждого из нас?

Финиус, нахмурившись, тщательно обдумал его вопрос.

– Честно говоря, я не знаю. Но я видел, какой может быть Тирания Искривленного Древа. Я видел ее так отчетливо, будто сам проживал в то время. Шаб-Ниллурат изберет Тиранов для контроля над землями. Он уже выбрал нескольких из них. Я видел в Фелле создание хаоса, похожее на огромную кошку, уникального Темного Отпрыска – в Арноне, голову, отделенную от тела, – в Кессии, жестокого Укротителя Медведей – во Фьорлане, огромного паука – в Дальней Каресии и Госпожу Боли – в Вейре. Наших сил может не хватить. Но это все, что у нас есть.

Повисла тишина. Вокруг теней расплылось многоцветное неземное сияние, будто сами боги впервые за миллионы лет тоже чувствовали грусть за судьбы человечества. И пусть их противостояние и называлось Долгой Войной, но перемирие затянулось, и поле боя так долго пустовало, что внезапный ход Шаб-Ниллурата, который захотел прийти к власти, было трудно осознать.

– Мы примем вашу помощь, – произнес тролль. – Любую помощь.

– Спасибо, – ответил Финиус. – А ты мне нравишься, тень Варорга.

Остальные молчали, обдумывая возможность поражения и необходимость переустройства мира. У Мертвого Бога слишком много щупалец. Он словно вирус, глубоко скрытый в земле и слишком живучий, чтобы его можно было уничтожить полностью. Мир, который они знали, больше никогда не будет прежним.

– Да, – наконец сказал Ториан. – Мы тоже примем вашу помощь. И мы согласны на перемирие, потому что у нас есть настоящий враг.

– Я согласен, – подтвердил Магнус. – Каждый из избранников нуждается в силе. Я предлагаю принять помощь старого ворона и применить его силу там, где она будет больше всего нужна. Человек камня, как зовут твоего избранника?

– Фэллон Серый, – ответил Ториан. – Мы хотим собрать новый рыцарский орден, и он будет первым из рыцарей новой эры. Время Пурпурных и Красных подошло к концу. Я перестрою свою иерархию и вступлю в новую эпоху – эпоху чести. А как имя твоего избранника, человек льда?

– Алахан Слеза, – ответил Магнус. – Он молод, но силен. Последний из своего рода, старейшего рода на землях людей. Но я ничего не могу ему дать.

– Унрагар, – заявил Грядущая Буря. – Наши избранники бьются вместе, ледобородый старик.

Все посмотрели на Финиуса.

– А еще есть ты, – произнес Ториан. – И возможно, ты заслужил нашу общую благодарность.