Читаем Мировой Ворон полностью

Охотник на Воров даже не сразу заметил, что он несет на себе мертвое тело вниз по бесконечным каменным ступеням, а рядом идут молодой парень ро и Горланская Матерь. Мысли его были такими яркими и живыми, будто относительная молодость Вуна вдохнула новую искру жизни в старого Черного воина. Он вообразил себе замечательные картины возможностей своего нового молодого тела…

– Не мог бы ты поторопиться? – спросил юноша. Взгляд его постоянно возвращался к безвольному телу, свисающему с сильных рук Далиана.

– У нас есть время, – сказала Рут. – Пока Шан внутри него живет, поддерживается жизнь и в его человеческом теле. Как бы оно при этом ни выглядело.

– Но Шан не живет у него в груди, правда? – спросил Рэндалл. – Ведь именно туда вошло копье.

Далиан посмотрел через плечо на копье замечательной работы, закрепленное у него за спиной. Он знал его имя – Зарценфанг – и то, что два кинжала-криса гораздо удобнее в битве, но Вун очень ценил копье, и Охотник на Воров решил оказать оружию подобающее уважение.

А еще, обернувшись, он заметил взгляд, с ненавистью сверлящий его спину. Рэндалл, молодой парень со скрытыми в нем могучими силами – скорее всего, даже не совсем человек, – всю свою ярость направил на Далиана.

– Мы вроде бы встречались в поселении доккальфаров, правда? – спросил избранник Джаа, постепенно ускоряя шаг.

Рэндалл поморщился – вопрос Далиана его удивил.

– Да. Ты был с Наноном и тем мерзким кирином.

– Да, его звали Рам Джас, – подтвердил Далиан, наслаждаясь знакомыми образами, всплывающими в памяти. – К несчастью, он уже мертв. Он не смог убить последнюю из Сестер.

Лицо юноши исказилось в глупой гримасе. Далиан немного сочувствовал ему: Рэндаллу пришлось многое пережить, но при этом обходиться без поддержки своего бога.

– Мы почти у разрыва, – заметил Охотник на Воров, почувствовав, как начало чуть пощипывать кожу.

– Тогда надо торопиться. – Рэндалл стремился выполнить единственную важную для него задачу.

Ступени закончились, и Далиан понес тело Уты по широкому извилистому коридору. Стены по обеим сторонам от них были украшены затейливой резьбой с разъяренными чудовищами и рыдающими жертвами. Непостижимая четкость и плавные линии заставляли думать, что резьба выполнена насекомыми: крылья выскребали камень, а складчатые хоботки отшлифовали до совершенства мелкие детали.

– Я не понимаю, зачем безумцам так явно демонстрировать свое безумие, – вслух размышлял Далиан. – Такая ересь принадлежит суровому мраку, в который уныло таращатся ее невежественные последователи и те, кто не боится смотреть во тьму.

– О чем ты говоришь?! – спросил Рэндалл. – Почему ты вообще разговариваешь?

Охотник на Воров решил оставить свои рассуждения о ереси до лучших времен и сосредоточиться на том, чтобы доставить Уту Призрака до разрыва. И хотя он не чувствовал ни капли вины за его убийство, он понимал желание Горланской Матери сохранить Призраку жизнь. За неимением других вариантов Далиан был готов объединиться с древним чудовищем – если это означало смерть матери-настоятельницы.

Он почувствовал, как разряд энергии скользнул у него по затылку. Новое тело было гораздо менее волосатым, чем старое, и из-за гладкой кожи Вуна Далиан дрожал от неземного холода. Воздух, насыщенный энергией, затанцевал на острых камнях и засиял при их приближении. Все вокруг мерцало тускло-зеленым, с острыми краями, болезненным светом, касающимся их рук и ног. Рэндалл удивленно охнул и начал яростно растирать потрескивающие от энергии ладони, но Горланская Матерь успокоила его легкой улыбкой.

– Это божественная энергия, – сказала она.

– Это ядовитая энергия, – поправил Далиан. – Изливающаяся из разрыва в ткани мира.

– Ты не в том положении, чтобы меня поправлять, – произнесла Рут. – Это твой Огненный Гигант способствовал его появлению.

Самоконтроль помешал Далиану сразу броситься на нее, и ему хватило мудрости решить, что неожиданное нападение ничего не изменит, – но слова Горланской Матери глубоко его оскорбили. Джаа сделал ошибку очень давно, в далеких веках Глубинного Времени, и не жалким смертным судить его, пусть даже это могучая Горланская Матерь.

– Я запомню твою дерзость. Мы одинаково хорошо помним случаи богохульства.

– Ох, избавь меня от этого, – ответила Рут и подняла руки, желая показать, что ядовитая энергия не коснулась ни ее, ни Рэндалла так, как она повлияла на Далиана. – Знаешь ли ты, кто такие Древние, Далиан Охотник на Воров?

Он слышал это слово, но оно упоминалось вскользь – отсылка к тем полным ереси временам, что были до появления Джаа.

– И какое отношение к нашему делу имеют Древние?

– Если тебе когда-нибудь удастся поболтать со своим Гигантом, спроси его, считает ли он меня богохульным существом. Или известно ли ему имя Атлач-Нача. Я думаю, он выкажет нам подобающее уважение.