— Конечно, рисунок не передает и половины красоты столь милой девушки. Но прошу тебя не сердиться, рисовать я еще только учусь. — Переворачиваю листок и ставлю подпись «Для Сиви Ойл, от Игни Пульвис».

— А что здесь написано? — Девушка с удивлением смотрит на надпись и зарождает во мне не хорошее подозрение.

— Написано, что это для тебя, от меня. А ты разве не можешь это прочесть?

— Я не обучена грамоте, господин. Не было необходимости.

Глава 32. «Утро тринадцатого»

В очередной раз прифигев от новостей внезапных — задумчиво вглядываюсь в лицо собеседницы. Хм, а я ведь действительно излишне начал надеяться на свои силы и знания, в очередной раз пренебрегая фактом того, что это не мой мир. Из раза в раз меня подобная оплошность тыкает носом в суровую действительность. И все ни как я, блин, не научусь.

Наблюдаю, как Сиви застенчиво отводит взгляд и вновь украдкой смотрит на меня. В голове проносится высказывание товарища: «Не стреляй глазами, женщина. Они для того, чтобы смотреть. Лучше возьми лук или арбалет».

И вновь возникает спорная ситуация с множественными вариантами действия. Обучить её читать на местном? Или посвятить в грамматику моего родного языка, которую я и сам не очень знаю? Или забить и оставить все как есть? Она ведь сказала, что необходимости не было. Значит, делаю выводы, что она так и не появилась. Вывод? Нафиг-нафиг… И так дел выше крыши. Может быть в другой раз.

— Попрошу Териха сделать тебе рамку для рисунка. Поставишь у кровати. А сейчас предлагаю повторить урок медитации. Возражения? — Наблюдаю как девушка отрицательно мотает головой, раскидывая локоны по плечам. — Вот и отлично.

В точности повторяя действия прошлого занятия — устраиваемся на стульях и вытянув ноги закрываем глаза.

— Нет ничего вокруг. Все сущее значения не имеет. Все прошлое останется там. Все будущее — подобно водам реки, что, омывая проходят сквозь тебя. Успокой свой разум. Позволь волнам подхватить его. Доверься им. Плыви…

***

Хозяина поместья мучила бессонница. Из раза в раз он прокручивал слова раба, что удалось под пытками вытянуть наружу. Группа беглых, не ясным способом получив доступ к оружию и припасам — начала совершать набеги на окрестные селения и странствующих купцов. Более того — они освобождают все больше своих соплеменников, увеличивая численность буквально каждый день. Те два десятка, что повстречались им вчера — одни из последних, кого удалось освободить в ходе налета на Ниритус, маленькое фермерское поселение на границе.

Что тревожило еще больше — освобождавший их лидер, с трудно произносимым именем ШиссОльХерБе, владел магией как минимум на тридцатом уровне навыка. Это было опасно, очень опасно. Всех пленных, что уводили из болот, в обязательном порядке досматривали. При малейших подозрениях на владение магией — тут же убивали. Слишком много проблем доставляли шаманы диких племен, слишком многих стражей утопили и сожгли они при защите своих деревень.

В очередной раз пройдя из угла в угол — Реймс вновь бросил взгляд на маленький шкафчик, висящий на стене. Его содержимое — элитные сорта алкоголя, привезенные со всех краев Великих земель.

— Выход ли это? — Пробубнил он себе под нос, остановившись в нерешительности.

Советник — это столп, на котором стоит весь Старший Дом. Дозволено ли советнику проявлять слабость? Дозволено ли достойнейшему из членов семьи, показывать свое незнание и страх?

— Глупость… — Выдохнул он. — Я знаю меру и не стану пить больше необходимого. Нужно расслабиться…

Подойдя к заветным запасам алкоголя — он выудил керамический графинчик, с обжигающей прозрачной жидкостью. Большая редкость, в это время. Привезена с архипелага, еще до времен изоляции. Разместив сосуд на столе — Реймс извлек из пространственного кармана странную миниатюрную чашку, не имевшую ручки и наполнил её до половины.

Уставшим отстраненным взглядом он взглянул на безупречно гладкое и прозрачное дно, через которое отчетливо виднелся древесный рисунок стола. Последний раз он сидел так полторы недели назад, в конце месяца свистящего ветра. Но и повод тогда был хоть и волнующий, но не ставящий под угрозу безопасность всей его семьи.

Тяжело вздохнув, советник опрокидывает в себя прозрачный напиток, мгновенно обжигающий горло и перехватывающий дыхание. В голове проносятся воспоминания о письме от главы дома, предписывающем отправиться в срочное посольство к соседям, в очередной раз склоняющим их к войне. Но эти воспоминания улетучились так же быстро, как и возникли, оставляя приятное чувство легкости и тепла, разливающееся по телу.

После третьего по счету повторения, для «закрепления эффекта» — в дверь постучали. Весьма характерные три удара и хлопок в конце. Терих. Что ему нужно? Ночь на дворе. Опять что-то случилось?

— Заходи, открыто. — Выкрикнул советник, поражаюсь исказившемуся голосу.

***