Читаем Мирные годы полностью

У него на борту груз, в том числе говорящий, мычащий, ржущий, блеющий и хрюкающий, не говоря уже о кудахтающем, который в Тарквинею доставить в целости и сохранности весьма желательно, и который так уже за месяц плавания настозвиздил, что поскорее его с рук сбагрить хочется, и недосуг ему с этим грузом рыскать вдоль цепочки островов, высматривая единственный провороненный. Если судьба, то разведает, а если не судьба, то наплюёт и из башки выбросит, и какие к нему тогда могут быть претензии? Поэтому мы и подстраховываемся. Наш попутчик до Бразила был в таком же положении, как и Акобал, но теперь он разгрузился, и его дальнейший путь в Тарквинею — по большей части каботажный, античным мореманам привычный, и технологию поиска Барбадоса я ему расписал тоже вполне каботажную. Найдёт, разведает, а уже Тарквинее встретится с Акобалом и сверит с ним разведданные, если будет что сверять. Обидно, конечно, что до их возвращения мы о результатах не узнаем, но с этим приходится мириться. Но скучать не приходится и нам, потому как у нас — своя задача…

На сей раз мы, учтя ошибку прошлого года, правили чуток восточнее, а посему и вышли на сам Бразил. Ну, точнее, промазали в пределах допуска плюс-минус семьдесят километров, с которых ещё реально увидеть верхушку Моро-ду-Пико, вот её и засёк один из наших марсовых по правому борту, заслужив за это поощрение от своего навигатора, а главное — избежав разноса, которому подверглись остальные от своих за невнимательность на вахте. В общем, Фернанду-ди-Норонью не проворонили и к вечеру уже разгружались в гавани Кауры. Там, конечно, всё невеликое население к бухте высыпало — весь год они тут сами себе были предоставлены, так что прибытие флотилии оказалось целым событием. В первый момент — даже пугающим, когда они численность прибывших заценили, потому как не рассчитывали, конечно, на такую прорву, и останься она вся насовсем, то в сухой сезон это вызвало бы нешуточные проблемы с водой. Здесь, конечно, колонисты не сидели сложа руки и для водосбережения сделали немало, но рассчитывали-то ведь не на такое пополнение, а где-то семей на двадцать, как оно тогда и планировалось. Впрочем, когда разобрались и уяснили, что у них остаются насовсем только пятьдесят семей турдетанских и бастулонских переселенцев и десяток шлюх для портового борделя, старожилы сразу же повеселели — это было посильно, если не терять время зря, а сразу новичков обустраивать начинать, а опыт собственного обустройства уже имеется.

В принципе-то обустроились они тут неплохо. Дома уже каменные в основном, традиционного турдетанского типа, две трети достроены полностью, треть в той или иной стадии достройки. Штук пять запруд на ручьях, регулирующих сток воды и образующих небольшие водохранилища, так что с орошением у них тут явно вопрос решён успешно, и генерал-гауляйтер, прикинув потребности пополнения, сразу же наметил места для ещё трёх запруд, которые реально было успеть соорудить к сухому сезону. Но самое главное их достижение бросилось нам в глаза ещё на подходе к бухте — четыре малых рыбацких лодки, индивидуальных, и одна побольше, на несколько человек. А в гавани мы увидели ещё две вытащенных на берег малых и одну строящуюся большую. Все парусные, даже эти малые, с латиной, преимущества которой они уже успели оценить ещё в том нашем прошлогоднем плавании сюда от атолла Рокас. Одномачтовые, конечно, но куда для их размеров две мачты? В дальний вояж на таких корытцах не отправишься — стрёмно, но в виду берега порыбачить — почему бы и нет?