Читаем Мир в латах полностью

Несколько часов спустя сидели в большой зале мэрии. Через зал прошли тысячи людей. Они приходили, рассказывали и уходили. Капитан с изможденным лицом сидел неподвижно и слушал, слушал. От лиц тех, которые приходили и свидетельствовали и рассказывали, исходило такое сияние, что он не мог смотреть на них. И все это время его руки не могли найти себе места, они дергались, тряслись, то ложились на колени, то застывали у пояса.

Когда все кончилось, капитан Харт повернулся к мэру и, глядя на него странным взглядом, сказал:

— Вы ведь должны знать, куда он направился?

— Он не сказал нам, куда ушел, — ответил мэр.

— К какому-нибудь из близлежащих миров? — настаивал капитан.

— Я не знаю.

— Вы должны знать.

— Вы видите его? — спросил мэр, указывая на толпу.

Капитан посмотрел в указанном направлении.

— Нет.

— Тогда, возможно, он ушел, — сказал мэр.

— Возможно, возможно! — слабо воскликнул капитан. — Я совершил ужасную ошибку и хочу теперь увидеть его. Я сообразил, что это редчайшее историческое событие. Быть свидетелем чего-нибудь в этом роде. Ведь это же один шанс на миллиард, что мы появляемся на некой ничем не примечательной планете, одной из миллиардов, именно в тот самый день, когда на ней появляется Он! Вы должны знать, куда Он ушел!

— Каждый приходит к нему своим путем и находит его по-своему, — мягко ответил мэр.

— Вы скрываете его, — лицо капитана медленно наливалось злобой. К нему вернулась былая жесткость. Капитан начал подыматься.

— Нет, — ответил мэр.

— Значит вы знаете, где он находится? — пальцы капитана судорожно сжимали кожаную кобуру на правом боку.

— Я не смогу точно сказать, где он находится, — сказал мэр.

— Советую вам припомнить, — и капитан выхватил небольшой пистолет.

— Я не вижу. Как я могу рассказать вам что-либо? — произнес мэр.

— Лжец!

Мэр смотрел на Харта с жалостью.

— Вы очень устали, — сказал он. — Проделали очень долгий путь и принадлежите к усталому народу, который слишком долго жил без веры. А теперь вы так сильно хотите поверить, что мешаете сами себе. Вам не станет легче, если будете убивать. Вы никогда не отыщете Его таким образом.

— Куда он ушел? Он говорил тебе, ты знаешь. Давай выкладывай! — Капитан тыкал в мэра пистолетом.

Мэр покачал головой.

— Скажи мне! Лучше скажи!

Хлопнул выстрел, другой. Мэр упал, раненный в руку.

Мартин прыгнул вперед.

— Капитан!

Капитан резко обернулся, направил пистолет на Мартина, злобно сверкнул глазами:

— Не суйся!

Мэр, сидя на полу, сжимал рану здоровой рукой.

— Бросьте свой пистолет. Вы вредите самому себе. Вы никогда не имели веры, а теперь думаете, что уверовали, и поэтому причиняете людям боль.

— Я в тебе не нуждаюсь, — сказал Харт, стоя над ним. — Если я опоздал здесь на один день, это ничего не значит — полечу на другую планету. Не повезет там — пойду дальше и дальше. Возможно, на другой планете я опоздаю на полдня и, может быть, опоздаю на четверть дня на третьей, а на следующей опоздаю на два часа, а на следующей на час, а потом на полчаса, а после на минуту. Но рано или поздно, в один прекрасней день я его застану. Вы слышите это?

Он уже кричал, устало склоняясь над человеком, лежащим на полу. Он шатался от истощения.

— Идем, Мартин.

Рука с пистолетом бессильно свисала вдоль туловища.

— Нет, — ответил Мартин, — я остаюсь здесь.

— Ты дурак. Оставайся, если хочешь. Ну а я пойду дальше, вместе с другими, до тех пор пока мы сможем идти.

Мэр поглядел на Мартина.

— Со мной все в порядке. Оставьте меня. Остальные залечат мои раны.

— Я вернусь, — сказал Мартин. — Я только до ракеты и назад.

Они прошагали сквозь город с ужасной скоростью. Было видно, какие усилия прилагает капитан, чтобы выглядеть, как прежде, несгибаемо-железным, с каким трудом он заставляет себя двигаться. Когда он достиг ракеты, хлопнул по ее обшивке ладонью. Руки его тряслись. Он спрятал пистолет в кобуру, посмотрел на Мартина.

— Итак, Мартин?

Мартин посмотрел на него.

— Итак, капитан?

Глаза капитана глядели в небо.

— Ты точно решил, что не пойдешь… не пойдешь… м-м со мной?

— Да, сэр!

— А это будет настоящее приключение, клянусь тебе. Я знаю, что отыщу его.

— Это теперь стало для вас главным, не так ли, сэр? — спросил Мартин.

По лицу капитана пробежала судорога, он закрыл глаза.

— Да.

— Я бы хотел спросить у вас одну вещь.

— Какую?

— Сэр, когда вы отыщете Его, если отыщете, — сказал Мартин, — о чем вы Его попросите?

— Ну… — капитан запнулся, открыл глаза. Он сжимал и разжимал кулаки. Он застыл в нерешительности, а затем на лице его изобразилась странная улыбка.

— Ну, я попрошу у него немного мира и покоя. Он прикоснулся к ракете.

— Прошло много, очень много времени с тех пор как я в последний раз позволил себе расслабиться.

— А вы хоть пробовали, капитан?

— Не понимаю, — сказал капитан.

— Ничего. Пока, капитан.

— Прощайте, Мартин.

Экипаж стоял у шлюза. Только трое согласились лететь с капитаном, остальные семеро заявили, что остаются с Мартином.

Капитан пристально посмотрел на них и вынес вердикт:

— Дурачье!

Он последним вскарабкался к люку, поспешно отсалютовал и резко засмеялся. Люк захлопнулся.