Читаем Мир в движении полностью

Для понимания сути индустриальной формации важно обратить внимание на очень существенный момент: права собственности здесь первичны по отношению к любым другим правам личности. То есть, какими-либо правами личности в индустриальной формации может обладать только собственник чего-либо (включая, в предельном случае - и собственника своего труда), и эти права возникают лишь постольку, поскольку он является субъектом права собственности: базового и основополагающего права, из которого в индустриальной формации вытекают все остальные права. "Личность" и "собственник" в индустриальной формации - синонимы. Нет собственности, признаваемой обществом - нет и личности, как носителя в этом обществе каких бы то ни было прав.

Замечу, что это вовсе не означает дегуманизации индустриальной формации по сравнению с доиндустриальной. Все обстоит прямо противоположным образом: в доиндустриальной формации отдельная личность вообще не обладает никакими правами. Они лишь делегируются ей в пользование верховным сверхсобственником, который, одновременно, выступает и единственным правообладателем. Эти делегированные в пользование права могут быть в любой момент отобраны - никаких принципиальных препятствий для этого в доиндустриальной формации просто не существует. В то же время, в индустриальной формации любая попытка отступить от принципа святости и неприкосновенности частной собственности моментально нарушает консенсус общественного доверия, без которого не могут существовать горизонтальные связи, реализуемые как рынки. И если такая практика приобретает в обществе хоть сколь-нибудь распространенный и массовый характер, то такое общество немедленно обрушивается назад, к доиндустриальной формации, с неизбежным при этом технологическим и культурным откатом.

Этот откат возникает по той причине, что предельная сложность производственных циклов, способных существовать в условиях доиндустриальной формации, значительно ниже, чем в условиях формации индустриальной. Обращаясь к довольно грубой аналогии, можно сказать, что если индустриальная формация похожа на здорового человека, который дышит, производит пищеварительные процессы и задействует отдельные группы мышц, не задумываясь над этим, рефлекторно, то доиндустриальная формация похожа на индивида, который реализует эти процессы исключительно сознательным волевым усилием.

И в условиях доиндустриальной, и в условиях индустриальной формации ни о каком "всеобщем равенстве" на уровне личности нет и речи. В доиндустриальной формации индивидуумы сильно различаются по месту в иерархии – по объему и виду полномочий, делегированных им сверхсобственником. В индустриальной формации одни могут распоряжаться огромным богатством, а другие - только своим трудом. Но в индустриальной формации пролетарий, продающий свой труд, в отличие от доиндустриального юнита является собственником своего труда, и на эту собственность тоже распространяется принцип святости и неприкосновенности.

Таким образом, уровень развития технологий и наличие производственных мощностей, достаточные - или недостаточные - для организации товарного производства, прямо связаны с уровнем демократии, культуры и прав личности. Причем, движение здесь возможно в обе стороны, и, если по каким-то причинам экономика рушится, и товарное производство сворачивается, то социальное устройство и культура тоже откатываются на доиндустриальный уровень. Не может быть ни демократии, ни прав личности, ни высококвалифицированных специалистов, ни просто высококультурных людей в условиях нетоварной экономики. Нетоварная экономика в очень короткие сроки порождает доиндустриальную формацию, с её вертикалью вассалитета, а с ней и уровень культуры, соответствующий примитивным и малопроизводительным технологиям. Никаких "окончательно завоеванных позиций" тут тоже нет: откатились назад экономически и технологически - получили откат во всем остальном. Или, к примеру, начала группа крупных, и в силу этого влиятельных, собственников, пытаясь укрепить свою власть и ограничить мешающую ей демократию, наступление на культуру, заменяя науку - религией и духовными скрепами - и вскоре начинают рушиться технологические цепочки.


Эволюция формаций-2: Как это происходило и происходит в мировой истории


Перейти на страницу:

Похожие книги

ПСС том 16
ПСС том 16

В шестнадцатый том Полного собрания сочинений В. И. Ленина входят произведения, написанные в июне 1907 — марте 1908 года. Настоящий том и ряд последующих томов включают произведения, созданные в годы реакции — один из самых тяжелых периодов в истории большевистской партии.Царское правительство, совершив 3 (16) июня 1907 года государственный переворот, жестоко расправлялось с революционными рабочими и крестьянами. Военно-полевые суды и карательные экспедиции, расстреливавшие тысячами рабочих и крестьян, переполненные революционерами места ссылки и каторги, жестокие гонения на массовые рабочие и крестьянские организации и рабочую печать — таковы основные черты, которые характеризуют политическую обстановку в стране этого периода.Вместе с тем это был особый этап развития царизма по пути буржуазной монархии, буржуазно-черносотенного парламентаризма, буржуазной политики царизма в деревне. Стремясь создать себе классовую опору в лице кулачества, царизм встал на путь насильственной ломки крестьянской общины, на путь проведения новой аграрной политики, которую В. И. Ленин назвал «аграрным бонапартизмом». Это была попытка приспособить царизм к новым условиям, открыть последний клапан, чтобы предотвратить революцию в будущем.

Владимир Ильич Ленин

Политика / Образование и наука
Лестница в небо. Диалоги о власти, карьере и мировой элите
Лестница в небо. Диалоги о власти, карьере и мировой элите

В своей книге Хазин и Щеглов предлагают читателю совершенно новую трактовку сущности Власти, подробно рассказывая о всех стадиях властной карьеры – от рядового сотрудника корпорации до высокопоставленного представителя мировой элиты.Какое правило Власти нарушил Стив Джобс, в 1984 году уволенный со всех постов в собственной компании Apple? Какой враг довел до расстрела «гения Карпат», всесильного диктатора Румынии Николае Чаушеску? Почему военный переворот 1958 года во Франции начали генералы, а власть в результате досталась давно вышедшему в отставку Де Голлю? Сколько лет потребовалось настоящему человеку Власти, чтобы пройти путь от нищего на паперти до императора Византии, и как ему вообще это удалось?Об этом и о многом другом – в новой книге известного российского экономиста Михаила Хазина и популярного блогера Сергея Щеглова.

Михаил Леонидович Хазин , Сергей Игоревич Щеглов

Маркетинг, PR / Публицистика / Политика / Образование и наука