Читаем Мир Софии полностью

— Если ты расскажешь что-нибудь еще, я, пожалуй, стану романтиком.

— Норвежец по происхождению, естествоиспытатель Хенрик Стеффенс (которого Вергеланн назвал «унесенным вдаль листком норвежского лавра», потому что он поселился в Германии) в 1801 году приехал в Копенгаген с лекциями о немецком романтизме. Он дал следующую характеристику романтическому течению: «Устав от бесконечных попыток пробиться сквозь грубую материю, мы избрали другой путь и поспешили навстречу вечному. Уйдя в себя, мы создали новый мир…»

— Как ты умудряешься запоминать такое наизусть?

— Проще простого, дитя мое.

— Продолжай!

— Шеллинг также видел «развитие» природы от земли и камня к человеческому сознанию. Он указывал на постепенный переход от безжизненной природы ко все более сложным формам жизни. Природа вообще воспринималась романтиками как организм, то есть как некое целое, постоянно развивающее заложенные в нем способности. Природа — это цветок, раскрывающий свои лепестки… или поэт, раскрывающий миру себя в виде стихов.

— Кажется, что-то похожее утверждал и Аристотель?

— Да. Натурфилософия романтиков несет в себе сходство и с Аристотелем, и с неоплатониками. Аристотеля отличало более органичное восприятие естественных процессов, чем у механистических материалистов.

— Ясно.

— Нечто подобное наблюдается и в новом подходе к истории. Большое влияние оказал на романтиков занимавшийся философией истории Гердер, который жил с 1744-го по 1803 год. Он утверждал, что для истории характерны связность, развитие и целеустремленность, иными словами, он придерживался «динамичного» взгляда на историю, рассматривал ее как процесс. Философов эпохи Просвещения часто отличает «статичный» взгляд на историю. Для них существовал только один универсальный, то есть общепринятый, разум, более или менее приемлемый для всех времен. Гердер же указывал на своеобразие каждой эпохи, отчего каждая нация обладает уникальностью, или «национальной душой». Вопрос лишь в том, можем ли мы вжиться в особые условия других культур.

— Чтобы лучше понять другого человека, мы должны вжиться в его положение. Так же и тут: мы должны вжиться в другую культуру, чтобы понять ее.

— В наше время эта идея стала чем-то само собой разумеющимся, но в период романтизма она была внове. Романтизм также внес свой вклад в усиление самосознания народов. Неслучайно и борьба нашей страны за национальную независимость вспыхнула именно в 1814 году.

— Понимаю.