Читаем Мир Софии полностью

— Значит, ты — Алиса. Кристофер Робин мне тоже про тебя рассказывал, так что мы старые знакомые. Ты столько отпила из одной бутылки, что стала маленькой-премаленькой. А потом глотнула из другой — и принялась снова расти. Вообще-то растут обычно оттого, чем набивают брюхо. Я один раз съел столько, что застрял в кроличьей норе.

— Но я не Алиса.

— Кто мы такие, не имеет значения. Самое главное, что мы существуем. Так говорит Сова, а у нее в голове вовсе не опилки. «Семь плюс четыре будет двенадцать», — сказала она в один прекрасный солнечный денек. Мы с Иа-Иа не знали, что сказать, потому что вычислять числа очень трудно. Куда проще вычислять погоду.

— Меня зовут София.

— Очень приятно познакомиться, София. Я уже говорил, что, по-моему, ты раньше не бывала в наших краях. А теперь мишке пора идти, нужно все-таки отыскать дорогу к Пятачку. Мы с ним собираемся на большой прием в саду, который устраивает Кролик со своими Родными и Знакомыми.

Он помахал лапой. Только теперь София заметила, что во второй лапе у медвежонка зажат листок бумаги.

— Что это у тебя? — спросила она.

Задрав лапу кверху, Винни-Пух сказал:

— Из-за него я и заблудился в лесу.

— Это всего лишь бумажка.

— Это не «всего лишь бумажка», а письмо Зеркальной Хильде.

— А-а-а, тогда я могу взять его.

— Ты же не та девочка, что живет в зеркале?

— Нет, но…

— Письмо нужно вручить лично в руки. Кристофер Робин учил меня этому не далее как вчера.

— Но я знаю Хильду.

— Это не имеет значения. Даже если ты очень хорошо знаешь человека, чужие письма читать нельзя.

— Я хотела сказать, что могу передать ей письмо.

— Тогда совсем другое дело. Избавившись от письма, я запросто найду дорогу к Пятачку. Ведь чтобы отыскать Зеркальную Хильду, нужно сначала отыскать большое зеркало. А с зеркалами здесь туго. Держи письмо, София.

Медвежонок отдал Софии зажатую в лапе бумажку и торопливо заковылял на своих коротеньких ножках в лес. Как только он скрылся из виду, София развернула листок и прочла: