— Ты испугался? Почему остановились?! — раздался гневный голос за их спинами.

Обернувшись, Язон увидел Темучина, который подошел к ним, прикрываясь от стрел щитами личной гвардии.

— Я не боюсь ничего и никого! — голос Керка дрожал от гнева. — Но безрассудная храбрость плохой помощник для полководца. Сражения выигрывает осторожность, и сейчас я выигрываю это сражение для тебя.

— Осторожность или трусость удерживает тебя за этими камнями?

— А тебе что мешает вести войска в атаку? Осторожность или трусость?

Темучин издал звериный рык и выхватил меч, Керк поднял бомбу, готовясь ударить противника. Язон вздохнул и встал между ними.

— Смерть любого из вас поможет врагу, — он обращался к Темучину, поскольку от Керка не ждал удара в спину. — Солнце уже за холмами. Если мы не возьмем ущелье до темноты, к ним подойдет подкрепление, и мы никогда его не возьмем.

Темучин поднял меч, а Керк схватил Язона за руку, чтобы убрать его из-под удара. Хватка у пиррянина была железная, но, сморщившись от боли, Язон продолжал:

— Прикажи всем кидать камни в укрепление. Это собьет лучников с толку, и они не смогут понять, кто бросает бомбы, — меч в руке вождя заколебался, и Язон поспешно добавил. — Для одного человека выходить под такой огонь — верная смерть. Но если мы сумеем запутать их, то возьмем ущелье до темноты.

Темучин глянул на темнеющее небо, и его мысли вернулись к битве. Он снова был вождем огромной армии; сейчас самое главное — победить, личные счеты можно свести потом. Забыв о зажатом в руке мече, Темучин начал отдавать приказы. Керк отпустил Язона, и тот принялся растирать онемевшую руку.

Атака возобновилась с новой силой. Швыряющие камни воины усеяли склоны ущелья. Кочевники беспорядочно бросали булыжники и прятались за скалы; пирряне же, тщательно выбрав цель, били насмерть. Затерявшись среди них, Керк взрывал одно укрепление за другим, и армия медленно, но верно продвигалась к победе.

— Приближаемся к финишу! — Язон дернул Керка за рукав, указывая вперед.

Там ущелье сужалось метров до ста, и по обеим сторонам узкого прохода возвышались два острых пика. В просвете между ними виднелась равнина — здесь ущелье кончалось. Если армия прорвется через эту горловину, ее уже ничем нельзя будет остановить.

Пополнив запасы бомб, Керк с Язоном направились к последнему укреплению. Неожиданно они увидели, что навстречу бегут воины Темучина. Где-то впереди раздавались крики и звуки сигнального рога.

— Что случилось? — Керк поймал за руку одного из бегущих. — Что там происходит?

— Отступление! Смотрите — воин указал назад и, вырвавшись, побежал дальше.

По ущелью, давя бегущих воинов как насекомых, катился большой валун. Посмотрев вверх, Язон с Керком увидели на вершинах гор людей, сталкивающих в ущелье огромные камни.

— С другой стороны тоже! — крикнул Язон. — Они заранее их приготовили и теперь сбрасывают нам на голову. Назад!

Им пришлось бежать вместе с остальными, потому что валунов становилось все больше и больше.

От полного уничтожения наступающих спасло только то, что секретное оружие Ласок никогда раньше не применялось. Камни веками нагромождались друг на друга на горных вершинах, и, в конце концов, поддерживающие их опоры буквально срослись со скалой. Ласки пытались выбить их длинными шестами, но из этого ничего не получилось. Тогда нашелся смельчак, который спустился к опорам по веревке и перерубил их топором…

Когда скатился последний камень и наступила тишина, стало видно, что ущелье намертво перекрыто высоченным завалом из гигантских валунов.

Кампания была проиграна.

  Глава XIV

— Мне это не нравится, — сказал Керк. — Я думаю, что это вообще невозможно.

— Будь так добр держать свое мнение при себе, — они приближались к Темучину, и Язон говорил вполголоса. — Мне и так нелегко будет уговорить его. Не можешь помочь — так стой молча и кивай головой как будто ты во всем со мной согласен.

— Глупости… — проворчал Керк.

— Приветствую тебя, вождь, — затянул Язон. — Я пришел предложить тебе план, который превратит поражение в победу.

Если Темучин и услышал его, то он ничем этого не показал. Опершись на меч, вождь неподвижно сидел на валуне и мрачно смотрел на неприступное ущелье. Последние лучи заходящего солнца освещали каменную стену, о которую разбились его мечты о господстве над миром.

— Ущелье теперь превратилось в ловушку, — продолжал Язон. — Если мы попытаемся забраться на эти камни или разобрать завал, нас перестреляют лучники. Прежде чем мы сможем преодолеть это препятствие, к врагам подойдет подкрепление. Но есть другой путь: надо залезть на один из этих двух утесов и, сбросив на Ласок пороховые бомбы, загнать их в укрытия. А тем временем твои воины переберутся через завал.

Темучин медленно взглянул на отвесную скалу:

— На этот утес нельзя забраться.

Керк кивнул и открыл рот, чтобы выразить свое согласие, но Язон быстро ударил его локтем в живот, и у пиррянина вырвался лишь приглушенный вздох.

— Ты прав, — согласился Язон. — Это очень трудно. Но мы пирряне — жители гор, и мы сумеем это сделать! Ты разрешишь нам попробовать?