В традиционных сообществах Новой Гвинеи восстановление взаимоотношений — это все, а определение вины или неосторожности, назначение наказания в соответствии с западными концепциями — совсем не главное. Такой подход помогает понять решение, поразившее меня, когда я о нем узнал. Это решение касалось долговременного конфликта между некоторыми горными кланами; один из этих кланов состоял из моих друзей в деревне Готи. Клан из Готи был вовлечен в противостояние с четырьмя другими кланами, приведшее к долгой цепи набегов и взаимных убийств, в результате чего отец и старший брат моего друга Питера были убиты. Ситуация стала настолько опасной, что большинство жителей Готи бежали из родных мест, чтобы избежать новых нападений, и нашли убежище у своих союзников в соседней деревне. Только через 33 года жители Готи почувствовали, что вернуться на родные земли можно безопасно. Еще через три года, чтобы положить конец постоянной угрозе набегов, они провели церемонию примирения, на которой заплатили компенсацию свиньями и другими товарами своим бывшим обидчикам.

Когда Питер рассказал мне эту историю, я сначала не мог поверить своим ушам и решил, что я его неправильно понял. «Вы заплатили компенсацию им? — воскликнул я. — Но ведь это они убили твоего отца и других родственников; почему же они не заплатили вам?» Нет, объяснил Питер, все работает не так. Цель заключалась не в том, чтобы получить плату как таковую или притвориться, что нужно сравнять счет («пусть А получат столько-то свиней от Б за то, что Б убили столько-то А»). Подлинная цель состояла в том, что нужно было восстановить мирные отношения между врагами и сделать возможной мирную жизнь для деревни Готи. Враждебные кланы имели собственные претензии: они утверждали, что жители Готи захватили их земли и убили несколько человек. После переговоров обе стороны заявили, что они удовлетворены и готовы отбросить враждебные чувства; было достигнуто соглашение, по которому враждебные кланы получали свиней и другое имущество, жители Готи возвращали себе прежние земли, и обе стороны могли жить, не опасаясь дальнейших нападений.

Отношения на всю жизнь 

В традиционном новогвинейском обществе сети социальных отношений имеют большую важность и существуют дольше, чем в обществах западного типа; поэтому последствия споров имеют тенденцию распространяться, помимо непосредственных участников, на других людей, причем в степени, которую гражданам западных государств трудно понять. Нам показалось бы абсурдным, что повреждение огорода представителя одного клана свиньей, принадлежащей члену другого клана, может вызвать войну между этими кланами; для новогвинейца такой исход вовсе не удивителен. Новогвинейцы обычно сохраняют на всю жизнь важные взаимоотношения, возникшие от рождения. Такие взаимоотношения обеспечивают каждому новогвинейцу поддержку против многих врагов, но одновременно налагают обязательства в отношении многих других союзников и друзей. Конечно, мы, жители западных стран, тоже вступаем в долговременные социальные отношения, но мы и налаживаем, и разрываем такие контакты гораздо чаще и с большей легкостью, чем новогвинейцы, и мы живем в обществе, которое поощряет индивида, стремящегося вырваться вперед. Таким образом, в разрешении споров между новогвинейцами участвуют не только их непосредственные участники, которые получают или выплачивают компенсацию (такие как Мало и родители Билли), но и косвенно связанные с событием лица с обеих сторон: представители клана Билли, от которых могла бы исходить угроза убийства из мести; коллеги Мало, которые также могли оказаться мишенью мстителей; работодатель Мало, который и выплатил компенсацию; любой член клана Мало, который мог бы оказаться жертвой расправы или рассматриваться как источник компенсации в случае, если бы у Мало не было работы. Подобным же образом, если супружеская пара на Новой Гвинее затевает развод, в это вовлекается гораздо больше людей, чем на Западе. В их число входят родственники мужа, в свое время заплатившие за невесту и теперь требующие возмещения расходов; родственники жены, когда-то получившие плату за невесту и теперь столкнувшиеся с требованием вернуть деньги; члены обоих кланов, для которых брак означал значимый политический союз и которые рассматривают развод как угрозу этому союзу.

Противоположностью этому всеобъемлющему акценту на социальные сети в традиционном сообществе является наш собственный упор на индивидуализм, свойственный современному западному обществу вообще и Соединенным Штатам в особенности. Мы не только допускаем, но и поощряем стремление пробиваться вперед, выигрывать, добиваться преимуществ за счет других. Во многих деловых транзакциях мы стремимся максимизировать наш собственный доход и совершенно не учитываем чувства другой стороны, понесшей убыток. Даже детские игры в США обычно заключаются в том, что кто-то выигрывает, а кто-то проигрывает. В традиционном новогвинейском обществе все иначе: детские игры предполагают кооперацию, а не соперничество.