Читаем Мир позавчера полностью

Кто такие эти торговые партнеры, при каких обстоятельствах и как часто они встречаются? В малочисленных общинах торгуют все. В больших вождествах и на ранних стадиях существования государств с началом экономической специализации появляются профессиональные торговцы, подобные современным; об этом свидетельствуют записи, сделанные на заре письменности 4,000 или 5,000 лет назад на Ближнем Востоке. Прецедент другого современного феномена в более просто устроенных обществах — появление целых народностей, специализирующихся на торговле. Островитяне Малаи, чьи «небоскребы» так меня поразили, жили на острове, слишком маленьком для того, чтобы давать им все необходимое продовольствие; они сделались посредниками, ремесленниками и морскими торговцами и благодаря этому стали получать дополнительные ресурсы. Таким образом, остров Малаи служит как бы моделью современного Сингапура.

Способы и частота традиционной торговли образуют целый спектр. Простейший уровень формируют случайные поездки, совершаемые отдельными !кунг и дани для посещения своих индивидуальных торговых партнеров в других группах или селениях. Также к этому уровню относятся периодически возникающие ярмарки, на которых деревенские жители северо-восточного побережья Новой Гвинеи встречаются с новогвинейцами из внутренних районов. Эти ярмарки напоминают наши рынки под открытым небом или блошиные рынки. До нескольких дюжин участников с каждой стороны усаживаются на землю рядами лицом друг к другу. Житель внутреннего региона выдвигает вперед сетку с 10-35 фунтами таро и сладкого картофеля, а сидящий напротив представитель народности сио отвечает на это предложением нескольких горшков и кокосовых орехов, ценность которых он считает эквивалентной стоимости предложенного продовольствия. Тробрианские торговцы устраивали похожие рынки на островах, которые посещали, обменивая утилитарные товары (продовольствие, горшки, чаши и камень) по бартеру, одновременно обмениваясь со своими индивидуальными партнерами взаимными подарками — предметами роскоши (ожерельями и браслетами из раковин).

Группы жителей Андаманских островов, а также индейцы яномамо с нерегулярными интервалами встречались с земляками для многодневных пиров, в ходе которых вручались подарки. Инуиты северо-западной Аляски проводили летние торговые ярмарки и зимние «пиры посланцев»[8], на которых группы, в остальную часть года яростно враждовавшие, в течение недели или двух мирно общались друг с другом. Специализированные сообщества, ведущие торговлю с помощью каноэ, такие как сиасси, жители архипелага Тробриан, маилу с юго-восточных новогвинейских островов и индонезийцы (макассаны), посещавшие северную Австралию ради трепангов (сушеных морских огурцов), поставлявшихся на китайский рынок, отправляли ежегодные торговые экспедиции за сотни и даже тысячи миль по океану.

Традиционные предметы торговли

Что касается предметов, которыми обмениваются при торговле, то возникает соблазн начать с деления их на две категории: утилитарные (такие как продовольствие и инструменты) и предметы роскоши (такие как раковины каури или бриллиантовые кольца). Однако эта классификация показывает свою несостоятельность, как только пытаешься применить ее на практике. Как писал экономист Фрэнк Найт,

из всех ошибочных и абсурдных утверждений, которые так часто лишают смысла экономические и социологические дискуссии, возможно, хуже всего утверждение о том, что разделение на категории утилитарного, полезного и необходимого для биологического или физического выживания имеет существенную значимость для человека.

Иными словами, автомобиль BMW, несомненно, является предметом роскоши и символизирует статус, однако им можно воспользоваться и для того, чтобы съездить за покупками, и для того, чтобы создать образ, который может быть очень важен владельцу для заключения выгодной сделки или при выборе супруга. То же верно в отношении красивой резной чаши, изготовленной сиасси, которая может использоваться для подачи овощей на стол на пиру, но также является статусным символом, незаменимым при покупке жены на островах пролива Витязь. Что касается свиней, то они на Новой Гвинее являются самым ценным свидетельством статуса, что хорошо выразил Томас Хардинг: «О свиньях можно сказать, что наименее важное, что с ними можно сделать, — это просто съесть».


Таблица 1.1. Объекты торговли в некоторых традиционных сообществах

Перейти на страницу:

Все книги серии Цивилизация: рождение, жизнь, смерть

Краткая история почти всего на свете
Краткая история почти всего на свете

«Краткая история почти всего на свете» Билла Брайсона — самая необычная энциклопедия из всех существующих! И это первая книга, которой была присуждена престижная европейская премия за вклад в развитие мировой науки имени Рене Декарта.По признанию автора, он старался написать «простую книгу о сложных вещах и показать всему миру, что наука — это интересно!».Книга уже стала бестселлером в Великобритании и Америке. Только за 2005 год было продано более миллиона экземпляров «Краткой истории». В ряде европейских стран идет речь о том, чтобы заменить старые надоевшие учебники трудом Билла Брайсона.В книге Брайсона умещается вся Вселенная от момента своего зарождения до сегодняшнего дня, поднимаются самые актуальные и животрепещущие вопросы: вероятность столкновения Земли с метеоритом и последствия подобной катастрофы, темпы развития человечества и его потенциал, природа человека и характер планеты, на которой он живет, а также истории великих и самых невероятных научных открытий.

Билл Брайсон

Энциклопедии / Словари и Энциклопедии
Великий уравнитель
Великий уравнитель

Вальтер Шайдель (иногда его на английский манер называют Уолтер Шейдел) – австрийский историк, профессор Стэнфорда, специалист в области экономической истории и исторической демографии, автор яркой исторической концепции, которая устанавливает связь между насилием и уровнем неравенства. Стабильные, мирные времена благоприятствуют экономическому неравенству, а жестокие потрясения сокращают разрыв между богатыми и бедными. Шайдель называет четыре основных причины такого сокращения, сравнивая их с четырьмя всадниками Апокалипсиса – символом хаоса и глобальной катастрофы. Эти четыре всадника – война, революция, распад государства и масштабные эпидемии. Все эти факторы, кроме последнего, связаны с безграничным насилием, и все без исключения влекут за собой бесконечные страдания и миллионы жертв. Именно насилие Шайдель называет «великим уравнителем».

Вальтер Шайдель

Обществознание, социология / Учебная и научная литература / Образование и наука

Похожие книги

Второй пол
Второй пол

Предлагаем читателям впервые на русском – полное, выверенное издание самого знаменитого произведения Симоны де Бовуар «Второй пол», важнейшей книги, написанной о Женщине за всю историю литературы! Сочетая кропотливый анализ, острый стиль письма и обширную эрудицию, Бовуар рассказывает о том, как менялось отношение к женщинам на протяжении всей истории, от древних времен до нашего времени, уделяя равное внимание биологическому, социологическому и антропологическому аспектам. «Второй пол» – это история угнетений, заблуждений и предрассудков, связанных с восприятием Женщины не только со стороны мужчины, но и со стороны самих представительниц «слабого пола». Теперь этот один из самых смелых и прославленных текстов ХХ века доступен русскоязычным читателям в полноценном, отредактированном виде, сохраняющим всю полноту оригинала.

Симона де Бовуар

Биология, биофизика, биохимия / Обществознание, социология / Психология и психотерапия
Возвратный тоталитаризм. Том 2
Возвратный тоталитаризм. Том 2

Почему в России не получилась демократия и обществу не удалось установить контроль над властными элитами? Статьи Л. Гудкова, вошедшие в книгу «Возвратный тоталитаризм», объединены поисками ответа на этот фундаментальный вопрос. Для того, чтобы выявить причины, которые не дают стране освободиться от тоталитарного прошлого, автор рассматривает множество факторов, формирующих массовое сознание. Традиции государственного насилия, массовый аморализм (или – мораль приспособленчества), воспроизводство имперского и милитаристского «исторического сознания», импульсы контрмодернизации – вот неполный список проблем, попадающих в поле зрения Л. Гудкова. Опираясь на многочисленные материалы исследований, которые ведет Левада-Центр с конца 1980-х годов, автор предлагает теоретические схемы и аналитические конструкции, которые отвечают реальной общественно-политической ситуации. Статьи, из которых составлена книга, написаны в период с 2009 по 2019 год и отражают динамику изменений в российском массовом сознании за последнее десятилетие. «Возвратный тоталитаризм» – это естественное продолжение работы, начатой автором в книгах «Негативная идентичность» (2004) и «Абортивная модернизация» (2011). Лев Гудков – социолог, доктор философских наук, научный руководитель Левада-Центра, главный редактор журнала «Вестник общественного мнения».

Лев Дмитриевич Гудков

Обществознание, социология / Учебная и научная литература / Образование и наука