Читаем Мир позавчера полностью

Говоря о привлекательных особенностях традиционных сообществ, для принятия которых требуются и индивидуальные усилия, и усилия общества, можно вспомнить уже приводившийся мной пример: снижение потребления соли — цель, в отношении которой возможно как индивидуальное продвижение, так и действия со стороны правительств и производителей продовольствия, если мы хотим, чтобы содержание соли в переработанных продуктах снизилось. Подобным же образом мы лично можем уменьшить риск диабета, повысив физическую активность и прибегая к необходимой диете, однако и государство может внести свою лепту, проводя кампании по просвещению населения и регулируя продажи приводящей к ожирению еды в школьных буфетах. Что касается того, как общество (а не только родители-билингвы) может поощрять многоязычие и противостоять исчезновению языков, показательно, что некоторые правительства (например, правительство Швейцарии) прилагают большие усилия для сохранения языкового многообразия; другие правительства (например, правительство Соединенных Штатов) только недавно прекратили попытки истребить родные языки населяющих страну народностей; наконец, есть и такие, как власти Бретани во Франции, которые продолжают препятствовать распространению местного языка.

Положение престарелых также зависит от решений, принимаемых отдельными индивидами и обществом. Рост численности пожилых делает их ценными в двух отношениях: они могут облегчить существование своих работающих взрослых детей и обогатить собственную жизнь и жизнь своих внуков, обеспечив им высококлассный уход. Те из нас, кому от 30 до 60 лет, могут задуматься о том, какое качество жизни нас ждет и как к нам будут относиться наши дети, когда мы достигнем старческого возраста. Не следует забывать о том, что наши дети видят, как мы заботимся о своих престарелых родителях: когда придет наша очередь не предоставлять, а получать уход, на наших детей окажет влияние наш пример. Общество может обогатить жизнь престарелых как группы и само обогатиться, не требуя выхода на пенсию в каком-то произвольно установленном возрасте от тех, кто способен и хочет работать. В последние десятилетия политика принудительной отставки в Соединенных Штатах постепенно идет на спад, и это не приводит к тому, что неработоспособные старики цепляются за свои должности, как этого опасались; напротив, обществу удается сохранить услуги своих самых опытных членов. Однако слишком много европейских институтов все еще требуют от своих сотрудников ухода на пенсию на пике их продуктивности только потому, что те достигли произвольно установленной абсурдно низкой возрастной границы — 60-65 лет.

В отличие от привычки есть медленно и воспитывать детей как билингвов, чего мы можем достичь самостоятельно, пока ожидаем перемен в обществе в целом, соединение преимуществ традиционного и государственного судопроизводства требует по большей части социальных решений. Два механизма, которые я обсуждал, — это восстановительное правосудие и посредничество. Ни один из них не является панацеей, оба могут быть полезными в определенных, хотя и не во всех, обстоятельствах, и оба требуют политических решений со стороны судебной системы. Если вы видите потенциальную пользу таких методов, то ваша роль как гражданина должна заключаться в участии в движениях, способствующих их применению в судах: вы не можете использовать их самостоятельно. Однако вы лично можете использовать новогвинейский опыт неформального посредничества, эмоциональной разрядки, восстановления взаимоотношений (или их отсутствия) в следующий раз, когда окажетесь вовлечены в частный спор на повышенных тонах.

Общества, к которым принадлежит большинство читателей этой книги, представляют собой лишь тонкий срез человеческого культурного разнообразия. Эти общества достигли главенства в мире не по причине общего превосходства, но в силу специфических причин: технологических, политических, военных преимуществ, вытекающих из их раннего приобщения к сельскому хозяйству, связанному с наличием продуктивных местных одомашниваемых видов животных и растений. Несмотря на эти конкретные преимущества, современные развитые государства не создали наилучших способов воспитания детей, обращения с престарелыми, улаживания споров, предотвращения неинфекционных болезней и разрешения других социальных проблем. Тысячи традиционных сообществ создали широкий спектр различных подходов к этим вопросам. Мой собственный взгляд на жизнь претерпел изменения и обогатился благодаря годам, проведенным в некоторых традиционных сообществах, а именно на Новой Гвинее. Я надеюсь, что мои читатели как отдельные личности и наше современное общество в целом тоже найдут много полезного в огромном богатстве традиционного человеческого опыта.

Благодарности

Перейти на страницу:

Все книги серии Цивилизация: рождение, жизнь, смерть

Краткая история почти всего на свете
Краткая история почти всего на свете

«Краткая история почти всего на свете» Билла Брайсона — самая необычная энциклопедия из всех существующих! И это первая книга, которой была присуждена престижная европейская премия за вклад в развитие мировой науки имени Рене Декарта.По признанию автора, он старался написать «простую книгу о сложных вещах и показать всему миру, что наука — это интересно!».Книга уже стала бестселлером в Великобритании и Америке. Только за 2005 год было продано более миллиона экземпляров «Краткой истории». В ряде европейских стран идет речь о том, чтобы заменить старые надоевшие учебники трудом Билла Брайсона.В книге Брайсона умещается вся Вселенная от момента своего зарождения до сегодняшнего дня, поднимаются самые актуальные и животрепещущие вопросы: вероятность столкновения Земли с метеоритом и последствия подобной катастрофы, темпы развития человечества и его потенциал, природа человека и характер планеты, на которой он живет, а также истории великих и самых невероятных научных открытий.

Билл Брайсон

Энциклопедии / Словари и Энциклопедии
Великий уравнитель
Великий уравнитель

Вальтер Шайдель (иногда его на английский манер называют Уолтер Шейдел) – австрийский историк, профессор Стэнфорда, специалист в области экономической истории и исторической демографии, автор яркой исторической концепции, которая устанавливает связь между насилием и уровнем неравенства. Стабильные, мирные времена благоприятствуют экономическому неравенству, а жестокие потрясения сокращают разрыв между богатыми и бедными. Шайдель называет четыре основных причины такого сокращения, сравнивая их с четырьмя всадниками Апокалипсиса – символом хаоса и глобальной катастрофы. Эти четыре всадника – война, революция, распад государства и масштабные эпидемии. Все эти факторы, кроме последнего, связаны с безграничным насилием, и все без исключения влекут за собой бесконечные страдания и миллионы жертв. Именно насилие Шайдель называет «великим уравнителем».

Вальтер Шайдель

Обществознание, социология / Учебная и научная литература / Образование и наука

Похожие книги

Второй пол
Второй пол

Предлагаем читателям впервые на русском – полное, выверенное издание самого знаменитого произведения Симоны де Бовуар «Второй пол», важнейшей книги, написанной о Женщине за всю историю литературы! Сочетая кропотливый анализ, острый стиль письма и обширную эрудицию, Бовуар рассказывает о том, как менялось отношение к женщинам на протяжении всей истории, от древних времен до нашего времени, уделяя равное внимание биологическому, социологическому и антропологическому аспектам. «Второй пол» – это история угнетений, заблуждений и предрассудков, связанных с восприятием Женщины не только со стороны мужчины, но и со стороны самих представительниц «слабого пола». Теперь этот один из самых смелых и прославленных текстов ХХ века доступен русскоязычным читателям в полноценном, отредактированном виде, сохраняющим всю полноту оригинала.

Симона де Бовуар

Биология, биофизика, биохимия / Обществознание, социология / Психология и психотерапия
Возвратный тоталитаризм. Том 2
Возвратный тоталитаризм. Том 2

Почему в России не получилась демократия и обществу не удалось установить контроль над властными элитами? Статьи Л. Гудкова, вошедшие в книгу «Возвратный тоталитаризм», объединены поисками ответа на этот фундаментальный вопрос. Для того, чтобы выявить причины, которые не дают стране освободиться от тоталитарного прошлого, автор рассматривает множество факторов, формирующих массовое сознание. Традиции государственного насилия, массовый аморализм (или – мораль приспособленчества), воспроизводство имперского и милитаристского «исторического сознания», импульсы контрмодернизации – вот неполный список проблем, попадающих в поле зрения Л. Гудкова. Опираясь на многочисленные материалы исследований, которые ведет Левада-Центр с конца 1980-х годов, автор предлагает теоретические схемы и аналитические конструкции, которые отвечают реальной общественно-политической ситуации. Статьи, из которых составлена книга, написаны в период с 2009 по 2019 год и отражают динамику изменений в российском массовом сознании за последнее десятилетие. «Возвратный тоталитаризм» – это естественное продолжение работы, начатой автором в книгах «Негативная идентичность» (2004) и «Абортивная модернизация» (2011). Лев Гудков – социолог, доктор философских наук, научный руководитель Левада-Центра, главный редактор журнала «Вестник общественного мнения».

Лев Дмитриевич Гудков

Обществознание, социология / Учебная и научная литература / Образование и наука