Читаем Мир «Искателя» полностью

— Срочная телефонограмма из Пловдива. Я — участковый из Поповицы. Нам пришлось остановить скорый поезд. Вот, пожалуйста, товарищ майор.

Ковачев взял листок.

“Обознался, подумал, что “лицо” вышло в Пловдиве. Когда понял, поезд уже ушел. Подробности Димитровграде. Петев”.

Слава богу! Петев жив и здоров. Богоев сидит в своем купе…

— Вы, товарищ, — обратился Ковачев к милиционеру. — будете сопровождать меня до Димитровграда. Садитесь в первое купе соседнего вагона и внимательно следите за мной. Я останусь в коридоре перед купе. Если понадобитесь — подам вам знак.

— Понятно, товарищ майор.

На станции Димитровград

Как только поезд остановился, в вагон поднялся майор Милев. Сопровождавший его молодой, крупный, русоволосый мужчина остался в дверях, а Милев подошел к Ковачеву (они были знакомы со школы) и тихо спросил:

— Он еще здесь?

— В своем купе. Что случилось?

— Мне позвонил Петев. Его провели на станции Пловдив. В последний момент “тот” вышел. И Петев сошел вслед за ним. Когда он увидел его, то понял, что обознался, но на поезд уже не успел.

— Так обознаться!

— Это же самое спросил и я. Петев утверждает, человек, за которым он пошел, был одет в такой же плащ, в такую же, как у Богоева, мягкую шляпу, а в руках держал такие же чемодан и сумку.

— Вы сообщили полковнику Панову о недоразумении?

— Конечно.

Вагон медленно стронулся с места. Двое наблюдали краем глаза за дверью купе. Но она не открылась. Поезд набрал скорость и стремительно понесся вперед.

— Да, не повезло Петеву. Но понять, как это случилось, можно. Мало ли людей имеют одинаковые чемоданы, сумки и разве не похожи все наши плащи и шляпы? Богоев видел, как вслед за его двойником сошел Петев, понял, что за ним следят, и…

— Подожди! — вдруг испугался Милев. — Как бы “ваш” не надумал соскочить на ходу. Я пошлю Пешо охранять другую дверь.

— Хорошо, — согласился Ковачев. — Я останусь здесь, а ты найди проводника и попроси его проверить билеты.

Милев ушел, а Ковачев продолжал размышлять: ошибка в Пловдиве — результат случайного совпадения или Петев попался на хорошо разыгранный трюк?

Тогда… Богоев не один. У него есть сообщник, и они знают, что за ними следят.

Через несколько минут прошел проводник. Потом вернулся и Милев.

— Асен, вы что-то все-таки напутали. Ваше “лицо” не знает болгарского. У него международный билет до Стамбула. Проводник не хочет его проверять вторично. Ему неудобно. Он его запомнил — единственный пассажир-иностранец в этом купе.

— Гм, — произнес Ковачев.

— А не упустил ли Петев настоящего Богоева в Пловдиве? — спросил Милев.

— Да ну… не может быть. Богоев сидит в купе. Я хорошо помню его физиономию. А тот… который сошел в Пловдиве, Петев его упустил?

— Да, — ответил Милев, — Он взял единственное такси и исчез. А Петев пошел в городское управление давать телефонограмму.

На станции Свиленград

Как только поезд подошел к станции Свиленград, Ковачев, Милев и Пешо перешли в соседние вагоны и оттуда спустились на платформу. Среди немногочисленных пассажиров, сошедших с поезда, Богоева не было. Они зашли в помещение пограничной службы, представились дежурному офицеру, и он показал им паспорта пассажиров.

— В спальном вагоне едут две семьи из Западной Германии, три ирландца, один турок. В вагоне второго класса — один серб, один австриец и две девушки-чешки. Болгар нет, — сказал он.

— Посмотри, Милев, — обратился Ковачев к своему коллеге. — Разве это не одно лицо?

Рядом с фотографией Богоева он положил паспорт австрийского гражданина Дитмара Фогеля, торгового представителя из Вены.

Милев перелистал паспорт.

— “Въехал 12.08.63. Драгоман”, — проговорил он машинально.

— А сейчас мы ему поставим: “Выехал 14.08.63. Свиленград”, — добавил пограничный офицер.

— Нет, вы ему не поставите “выехал”, — решительно вмешался Ковачев. — Он не переедет границы.

— А на каком основании? — спросил пограничник. — Транзит в порядке.

* * *

Следствие по делу о попытке перехода границы Валентином Христовым Богоевым закончилось быстро. В Свиленграде он устроил ужасный скандал, хорошо разыграв роль европейца, возмущенного “варварскими порядками коммунистов”. И все на чистом немецком языке. Но по пути в Софию немного пообмяк. А когда ему для опознания устроили очную ставку с начальником отдела, в котором он работал, он вдруг перешел на болгарский язык и уже без уверток рассказал все, что интересовало органы государственной безопасности.

Завербованный прошлым летом “гостями” в Варне, он регулярно передавал иностранной разведке сведения, к которым имел доступ в плановой комиссии. Его намерением было покинуть Болгарию, зажить в “свободном мире”…

В начале августа ему поручили выкрасть важный документ со сведениями по добыче редких металлов. Обещали сразу же после этого организовать бегство из Болгарии.

Ему удалось выкрасть документ. Он воспользовался отсутствием начальника секретной службы, который был в отпуске.

“Вознаграждение” последовало быстро.