Читаем Мир драконов (СИ) полностью

Ага, оскорбляет, а сам преет в своей парче и мехах. С каждой минутой от него все сильнее разит жуткой смесью мужского пота и тяжелых пряных духов. Я этого долго не выдержу. Химическое оружие запрещено Женевской конвенцией, между прочим. Блин, тут и Женевы никакой нет... Как ему сказать, чтобы не обидеть? Или?...

Мое раздражение сработало: запах исчез. Мужчина сначала ничего не понял, стал крутиться, соображая, что изменилось, потом до него дошло, и он уставился на меня.

- Что ты сделала женщина, и зачем?

- Мне надоело твой пот пополам с духами нюхать, задыхалась уже, сил никаких не было. Ну я и... Ликвидировала вонь, можно так сказать. Не волнуйся, на здоровье не скажется. Не понимаю, что за удовольствие по жаре в мехах и парче париться. Оделся бы полегче, не так бы потел.

Я думала, он меня убьет. Навис надо мной и зарычал:

- Ты меня нарочно оскорбляешь, женщина? Хочешь разозлить? Моя одежда — знак моего высокого положения, такую имею право носить только я. Жара... Я ее не замечаю. А сказать мужчине что он воняет — это уже переходит все границы. Если бы не... Ладно, будем считать, ты ничего не говорила, я ничего не слышал. Расскажи мне лучше про своего мужа. Кто он, супруг богини? Тоже бог?

- Почти. Не думаешь ли ты, что рядом со мной может быть ничтожество?

- Он красив?

- Он божественно красив, фантастически умен, кроме того, он очень сильный маг.

- Как же он дал утащить себя воительницам Капитты?

Я потупилась. Действительно, как? Неужели не мог освободиться? Одно объяснение: он был без сознания. Или есть другое? Похоже, мой муж просто не способен поднять руку на женщину. В семейной жизни это прекрасно, но если против тебя воюют дикие бабы с оружием... Тут их надо воспринимать так, как они сами себя воспринимают. Вооруженная единица живой силы противника, и больше ничего. Это в первую очередь воины, а все остальное — дело десятое. Но об этом Нэрриосу лучше не знать. Поэтому я сказала:

- Сработал эффект неожиданности. На нас напали внезапно, мы спали, не чуя беды. Думаю, ему дали тяжелым по голове, он потерял сознание. Будь он в порядке, им бы туго пришлось.

- Думаешь, он до сих пор без сознания? А может, его уже нет в живых?

Я решила сыграть:

- Что, есть известия о гибели Капитты?

- Нет, насколько мне известно, с этим проклятым городом все в порядке. А почему ты спрашиваешь?

- Если бы с ним случилось непоправимое, Капитта уже лежала бы в руинах. Я знаю точно, мой муж жив, но его чем-то опаивают.

- Разве божество можно опоить? Интересно.

- Не знаю насчет божества... На вашем месте я бы не рисковала. В одном месте меня однажды опоили...

- И что?

- Тот, кто это сделал, на том свете ищет свою тупую башку.

Я имела в виду барона Рекета. В сущности, лично я ему ничего особенно плохого не сделала, но конец истории был именно таким: никто не осудит меня за то, что я выпустила всю середину. Маг заинтересовался:

- Ему отрубили голову?

- Можно и так сказать... Она была отделена от тела с помощью магии, наверное потому, что под рукой не оказалось топора.

Мой собеседник замолчал. Задумался. Некоторое время мы ехали в тишине, нарушаемой только скрипом колес. Я любовалась окрестностями, уплетая что-то среднее между сливой и абрикосом. Потом мне надоело молчать, и я тихонько завела: «Отшумели песни нашего полка...». Темный маг молчал, пока я не допела, потом сказал:

- Замолчи, женщина. Ты поешь неплохо, но... Замолчи. Не мешай мне думать.

Думать я ему мешаю… Было бы чем. Я обиделась, забралась на сиденье с ногами и устроилась в уголке, чтобы удобно соснуть. Делать все равно нечего, тут этот Нэрриос еще думать взялся... Я задремала, но некрепко, все время находясь между сном и явью. Заснуть как следует мешали тряска и неудобная поза, а еще все время я ощущала на себе тяжелый взгляд темного мага. Я просто чувствовала, как в его голове ворочаются мысли, и все они крутятся около меня. Что он задумал?

Солнце садилось, становилось свежо... Мы доехали до постоялого двора. Маг начал будить меня не раньше чем так называемая карета въехала во двор и остановилась. Он подал руку в толстой кожаной перчатке, помогая сойти, затем достал откуда-то плащ и набросил мне на плечи,. Заботится, однако. Внутри было сухо, тепло и приятно пахло хлебом. Хозяин выскочил из-за прилавка, стал подобострастно кланяться. Маг величественно махнул рукой, и слуги понесли куда-то сундуки. Сам же он опустился на лавку около дубового стола, покрытого выщерблинами от ножа, усадил меня рядом и велел:

- Ужин мне и этой даме. Побольше и повкуснее. Покройте стол хоть салфеткой, что ли.

Я попыталась сбросить плащ, чтобы было удобнее, но он вернул его мне на плечи:

- Нечего заголяться перед плебеями. Веди себя как подобает. Может, среди богов так принято, но здесь тебя могут принять не за божество, а за падшую женщину. Хотя даже такие умеют соблюдать правила приличия.