Читаем Мир Авиации 2005 01 полностью

ВАП-5 вместимостью 160 л должен был помочь полностью использовать грузоподъемность Р-5. заменив на нем ВАП-4. Но этот прибор ие получил широкого распространения. Для ТБ-3 позднее «па временное снабжение» приняли ВАП-К-6. Эта громоздкая штуковина весила тонну, но зато обеспечивала расход 65 л/с. Открытие и закрытие обеспечивалось особым механическим устройством.

Все эти приборы подвешивались под крылом или фюзеляжем. Наружная подвеска создавала дополнительное аэродинамическое сопротивление и ухудшала летные характеристики самолета. Поэтому конструкторы начали работать над внутренним размещением «химических баков-. Впервые «химбаки» спроектировали в НИИ ВВС для двухмоторного бомбардировщика ТБ-1. Они размещались в его довольно емком бомбоотсеке. Фактически это были те же ВАП, но по форме пригнанные к конфигурации отсека. Испытания выявили много недостатков этой конкретной конструкции, п в серию ее не запустили. Однако к этой идее не раз обращались позже. Например, два «химбака», на тонну каждый, предусматривались в проекте «тяжелого крейсера» ТК-4.

При разбрызгивании растворов из ВАП собирались использовать специальные прицелы. Параллельно работали над двумя такими конструкциями – инженера Никольского и ВООМП. Были построены опытные образцы. Но позднее это направление развиваться перестало. Открытие и закрытие ВАП, как и раньше, выполняли «на глаз».


Дымовой прибор ДАП Х-3 перед испытаниями


Заправка ВАП-500, подвешенных под фюзеляжем ТБ-3, от авторозливочной станции, 1936 г.


ТБ-3 с двумя выливными приборами ВАП-1000


Важной новинкой военного дела в тс годы считалась постановка дымовых завес с воздуха. На Западе она была уже освоена. Выпускались специальные дымовые авиационные приборы (ДАП) и смеси для их заправки. В 1931 г. за границей закупили партию приборов двух типов – Д-100 и Д-200. Ими стали комплектовать самолеты Р-5 и ТБ-1, а со следующего года-летающие лодки Дорнье «Валь» (ДВ). В это же время на заводе «Промет» наладили производство отечественных копий обоих типов. Их должны были сменить ДАП Х-2 и Х-3, проектировавшиеся в ЦАГИ, но оба они «застряли» на стадии доводки опытных образцов.

Все эти изделия проходили как наземные, так и летные испытания. Выливные приборы, заправленные обычной водой или керосином, опробовали прямо над Центральным аэродромом в Москве. Испытания посложнее велись в НИИ ВВС в Щелково, на полигоне Научно-исследовательского химического института (НИХИ) и Научно-испытательном полигоне авиационного вооружения в Ногинске. Но полномасштабные испытания с настоящими боевыми отравляющими веществами были сосредоточены на Центральном военно-химическом полигоне в Шиханах. Там имитировались различные цели, а эффективность оружия проверялась на подопытных животных – от крысы до лошади. Полигон обслуживал специальный 36-й химический авиаотряд, в 1932 г. насчитывавший три Р-1, два Р-5 и один ТВ-1.

Но в начале 30-х годов с химическим вооружением в ВВС РККА фактически еще только экспериментировали. Реально советская авиация к массовому применению «химии» была еще не готова. Химических боеприпасов имелось мало. Запасы ОВ для выливных приборов отсутствовали. На 1 марта 1932 г. на складах ВВС их не значилось ни килограмма. Эксплуатацию химического вооружения в строевых частях еще не освоили. На испытаниях ВАН заливали ведрами и лейками – долго и опасно. Не была разработана тактика применения химических средств.

На 2-ю пятилетку ставилась задача подготовки ВВС к широкому ведению химической войны. Параллельно с этим собирались значительно расширить ассортимент необходимых для этого средств.

В частности, хотели создать новые огромные выливные приборы, вмещавшие до 6 т. Это было связано с курсом на бомбовозы-гиганты, которые должны были стать главной ударной силой ВВС РККА. Во-первых, требовалось в полной мере использовать их грузоподъемность, во-вторых, огромные машины не могли атаковать с бреющего полета. На малых высотах они были слишком уязвимы. Но разбрызгивание отравляющих веществ со средних и больших высот оказывалось неэффективным. Даже при отсутствии ветра жидкость при этом распределялась но слишком большой площади. Кроме того, капли частично испарялись.


Вверху: Четыре ВАЛ-500 подвешивались под фюзеляжем ТБ-3 в шахматном порядке. Внизу: Три ВАП-500 под ДБ-3А


Перейти на страницу:

Похожие книги

Психология войны в XX веке. Исторический опыт России
Психология войны в XX веке. Исторический опыт России

В своей истории Россия пережила немало вооруженных конфликтов, но именно в ХХ столетии возникает массовый социально-психологический феномен «человека воюющего». О том, как это явление отразилось в народном сознании и повлияло на судьбу нескольких поколений наших соотечественников, рассказывает эта книга. Главная ее тема — человек в экстремальных условиях войны, его мысли, чувства, поведение. Психология боя и солдатский фатализм; героический порыв и паника; особенности фронтового быта; взаимоотношения рядового и офицерского состава; взаимодействие и соперничество родов войск; роль идеологии и пропаганды; символы и мифы войны; солдатские суеверия; формирование и эволюция образа врага; феномен участия женщин в боевых действиях, — вот далеко не полный перечень проблем, которые впервые в исторической литературе раскрываются на примере всех внешних войн нашей страны в ХХ веке — от русско-японской до Афганской.Книга основана на редких архивных документах, письмах, дневниках, воспоминаниях участников войн и материалах «устной истории». Она будет интересна не только специалистам, но и всем, кому небезразлична история Отечества.* * *Книга содержит таблицы. Рекомендуется использовать читалки, поддерживающие их отображение: CoolReader 2 и 3, AlReader.

Елена Спартаковна Сенявская

Военная история / История / Образование и наука
Вторжение
Вторжение

«Вторжение» — первая из серии книг, посвященных Крымской кампании (1854-1856 гг.) Восточной войны (1853-1856 гг.). Это новая работа известного крымского военного историка Сергея Ченныка, чье творчество стало широко известным в последние годы благодаря аналитическим публикациям на тему Крымской войны. Характерной чертой стиля автора является метод включения источников в самую ткань изложения событий. Это позволяет ему не только достичь исключительной выразительности изложения, но и убедительно подтвердить свои тезисы на события, о которых идет речь в книге. Наверное, именно поэтому сделанные им несколько лет назад выводы о ключевых событиях нескольких сражений Крымской войны сегодня общеприняты и не подвергаются сомнению. Своеобразный подход, предполагающий обоснованное отвержение годами сложившихся стереотипов, делает чтение увлекательным и захватывающим. Язык книги легкий и скорее напоминает живое свободное повествование, нежели объемный научно-исторический труд. Большое количество ссылок не перегружает текст, а, скорее, служит, логичным его дополнением, без нудного тона разъясняя сложные элементы. Динамика развития ситуации, отсутствие сложных терминов, дотошность автора, последовательность в изложении событий — несомненные плюсы книги. Работа убедительна авторским профессионализмом и количеством мелких деталей, выдернутых из той эпохи. И чем более тонкие и малоизвестные факты мы обнаруживаем в ней, которые можно почерпнуть лишь из свежих научных статей или вновь открытых источников, обсуждаемых в специальной литературе, тем ценнее такое повествование. Несомненно, что эта работа привлечет внимание всех, кому интересна история, кто неравнодушен к сохранению исторической памяти Отечества.

Сергей Викторович Ченнык

Военная история / Образование и наука