Читаем Мир авиации 2003 04 полностью

Душное московское лето гнало всех в отпуска. Собирался и я, планируя возможные маршруты. При одуряющей жаре о поездке на юга, забитые отдыхающими, думать как-то не хотелось. Поэтому взор всё чаще обращался на Север: во-первых, — гарантированная прохлада, во-вторых, — минимум людей, и главное, — ряд аэродромов, не посещённых ранее.

Если у меня и оставались какие-то сомнения — ехать или не ехать, то решившиеся в один день организационные вопросы в штабе ВМФ их рассеяли. Через пару дней я уже грузился в поезд с милым названием «Арктика».

От предприбытной суеты в вагоне меня оторвал звонок из пресс- службы СФ: поезд опаздывал на несколько часов, и офицер, ответственный за мой визит, проявлял беспокойство. Получив от него рекомендации по организации моей поездки, я посетил штаб ВВС СФ, где рассказал о своих замыслах заместителю командующего морской авиацией СФ по воспитательной работе полковнику Леониду Георгиевичу Юрченко и был ознакомлен с планами проведения полётов на интересующих меня аэродромах. Всё складывалось достаточно удачно: завтра на ближайшем аэродроме Североморск-1 планировались полёты в вертолётном полку, а на послезавтра — в 403-м ОСАП. Туда я и отправился. Устроившись в гарнизонной гостинице, я уточнил план полётов и согласовал свою работу с местным командованием. С утра был доставлен с группой корреспондентов местной флотской газеты на аэродром Североморск-1.

В этот день мы были гостями Отдельного противолодочного вертолётного полка. На полёты поднимали 5 противолодочных вертолётов и пару поисково-спасательных. После многих лет застоя это неплохо, хоть и недотягивает до советских времён, когда на полёты выкатывали все исправные в полку машины. После взлёта вертолёта на разведку погоды у меня образовалось два часа на съёмку подготовки винтокрылых машин к полётам. Ко мне прикрепили «особиста», чтоб я не сунул носа «куда не туда», вот я и потянул его и присоединившегося к нам фотографа из газеты по всему аэродрому.

В этом полку ещё в советские времена появилась символика, причём в каждой эскадрилье своя, а так как это меня всегда очень интересовало, я постарался обойти все стоянки в поиске «украшенных» вертолётов. Моё старание было вознаграждено, удалось найти кое-что любопытное. До старта первого вертолёта оставалось около часа и выслушав с иголочки одетого по флотской форме «особиста» о бардачности флотской авиации и, в частности, о несоблюдения авиаторами уставной формы одежды, мой взгляд пал на нависшую над аэродромом сопку. Я был бы не я, если б не сделал оттуда парочку кадров. Тут же изложив «гиду» своё желание, я насладился гаммой самых различных чувств, пробежавших по его лицу. Нет бы меня одного отправить, не, полез вместе со мной, ответственный летёха, мужественно преодолел метров 80 склона, колючую проволоку, болотистую низину. После восхождения его лоск заметно потускнел, и тем не менее я благодарен ему за то, что он не отказал мне в замысле.

Настоящая фотоохота началась с началом полётов. Противолодочные вертолёты отрабатывали учебно-боевые задачи над прилегающей акваторией Баренцевого моря и полигоне, один из Ка-27ПС был оснащён ТВ-аппаратурой, видимо, проводились его испытания. Машины взлетали с интервалом в 5-10 минут, полёт в среднем продолжался 50–60 минут. Одна пара вертолётов работала в качестве летающих парт. В кабины забиралось несколько лётчиков и крутился «конвейер», взлёт — проход по малому кругу — посадка, замена лётчиков. Это, наверное, действенный способ в сегодняшних условиях дать налёт максимальному количеству лётчиков.

Только третье, настойчивое, упоминание об обеде, стынущем в лётной столовой, вернули меня к жизни… Вспомнив, что завтрак мой состоял из сухарика и стакана сока, я явно ощутил космический вакуум в желудке. Глянув на часы (было уже 16.30) и узнав, что в воздух поднимается последняя смена вертолётов, я отснял их старт и воздал должное гостепреимству вертолётчиков..

На следующий день меня ждали в соседнем полку, где готовили к полёту Ан-26, пару противолодочных Ил-38 и спецовый самолёт Ил-20РТ, который фоткать мне запретили.