Читаем Мёртвая зона полностью

Писали в основном люди одинокие, пытавшиеся обрести хоть какой-то смысл в жизни. Дети просили автограф, какие-то женщины выражали готовность переспать с ним, кое-кто, страдая от безнадежной любви, спрашивал совета. Присылали талисманы «на счастье» и гороскопы. Многие письма носили религиозный характер; написанные крупным старательным почерком и с орфографическими ошибками, они напоминали ему о матери.

В этих письмах Джонни называли пророком, который призван вывести измученный и утративший веру американский народ из пустыни. Считали, что он послан возвестить о конце света. К 16 октября Джонни получил восемь экземпляров книги «Покойная великая планета Земля» Хэла Линдсея — мать наверняка одобрила бы это произведение. Джонни призывали подтвердить божественное происхождение Христа и положить конец распущенности молодежи.

В меньшем количестве поступали письма прямо противоположного толка, как правило, столь же страстные и обычно анонимные. Автор одного из них написал Джонни тупым карандашом на большом листе дешевой бумаги, объявил его Антихристом и призвал покончить с собой. В четырех или пяти письмах интересовались, каково убить свою мать. Многие обвиняли Джонни в мошенничестве. Один такой «умник» написал: «Предвидение, телепатия — все это полная чушь! Чтоб ты сдох, экстрасенс поганый!»

И еще они присылали всякие вещи. Это было хуже всего.

Каждый день по дороге с работы Эрб заходил на почту в Паунале и забирал бандероли. В сопроводительных записках исступленно умоляли: Скажите! Скажите! Скажите!

«Этот шарф принадлежал моему брату, который пропал во время рыбалки на Аллагаше в 1969 году. Я чувствую, что он жив. Скажите, где он?»

«Это губная помада с туалетного столика моей жены. Мне кажется, она изменяет мне, но я не уверен. Скажите, она мне верна?»

«Это браслет моего сына. На нем его имя. Он после школы никогда не заходит домой и возвращается очень поздно. Я ужасно волнуюсь. Скажите, чем он занимается?»

Женщина из городка Шарлотт, штат Северная Каролина, — Бог знает, откуда она узнала о нем, ведь августовскую пресс-конференцию освещала только местная пресса, — прислала обожженный кусок дерева. Она объясняла, что их дом сгорел и в пожаре погибли ее муж и двое из пяти детей. Местные пожарные утверждали, что причиной возгорания была неисправность проводки, но она не верила им и считала это поджогом. Женщина просила Джонни потрогать обугленный кусок и назвать поджигателя, чтобы он гнил за решеткой до конца своих дней.

Джонни не отвечал на письма и отсылал все полученные предметы обратно (даже обугленный кусок дерева) за свой счет и без пояснений. Но многие предметы он все-таки трогал. Большая их часть, например, головешка, присланная убитой горем женщины из Шарлотта, ничего ему не сказали. Но какие-то предметы порождали в голове тревожные образы, похожие на кошмары, от которых просыпаешься в холодном поту. Чаще всего в этих смутных ощущениях не было ничего конкретного. Но однажды…

Белый вязаный шарф, присланный женщиной, которая надеялась узнать, что случилось с ее братом, ничем не отличался от сотен таких же. Но когда Джонни взял его в руки, отцовский дом куда-то исчез, а звук телевизора в соседней комнате, то нарастая, то стихая, начал напоминать жужжание летних насекомых и всплески воды вдалеке.

Джонни ясно ощутил запах леса; сквозь кроны огромных деревьев пробивались лучи солнечного света, похожие на зеленые столбы. Он шел уже три часа, утопая ногами в мягкой и вязкой почве, но еще не паниковал. Если заблудиться и запаниковать в глуши северных штатов, то шансов на выживание не останется. Он упорно продвигался на юг. Два дня назад он расстался со Стивом, Роки и Логаном. Они разбили лагерь возле (место Джонни определить не мог — оно находилось в «мертвой зоне») какой-то речушки, где ловили форель, а потом он сам виноват — слишком сильно напился.

Теперь он видел, что его рюкзак лежит у старого, поваленного ветром дерева, поросшего мхом, из которого торчали белые сучья, похожие на кости. Да, он видел свой рюкзак, но не мог до него добраться, потому что отошел в сторону помочиться и угодил в жижу, погрузившись в нее почти до верха высоких туристических ботинок. Джонни хотел выбраться и перейти на место посуше, но ему не удалось… потому что это была вовсе не жижа… а нечто другое.

Он стоял, беспомощно озираясь, надеясь найти, за что бы уцепиться, почти смеясь над нелепостью своего положения: отошел «отлить» и угодил в трясину.

Сначала Джонни не сомневался, что нащупает твердую почву, пусть даже на глубине по колено. Зато будет о чем рассказать, когда его найдут.