Читаем Мёртвая зона полностью

Джонни ослабел; перед глазами вдруг все стало серым и поплыло. К действительности его вернул стук захлопнувшейся входной двери в здание: приезжие ушли пить кофе.

Внизу сторож вынес суждение, произнеся вслух: «Шайка мерзавцев!» — после чего тоже вышел из зала.

Следующие двадцать минут Джонни провел в одиночестве.

Примерно в половине десятого зал начал заполняться жителями Джексона. Первыми пришли три пожилые и строго одетые женщины. Оживленно болтая, они устроились поближе к печке, где Джонни почти не видел их, и взяли красочные буклеты, лежавшие на скамье. Судя по всему, буклеты представляли собой подборку блестевших глянцем фотографий Грега Стилсона.

— Я просто обожаю его, — сказала одна. — У меня уже есть три его автографа, и сегодня обязательно возьму еще один.

Больше о Греге Стилсоне они не говорили и переключились на предстоящую в воскресенье встречу горожан. Она традиционно устраивалась в Новой Англии раз в десять лет, чтобы собрать вместе как нынешних, так и бывших жителей города.

Замерзший утром Джонни сидел на галерее прямо над печкой и теперь изнывал от жары. Во время затишья между уходом охранников Стилсона и появлением первых горожан он снял не только куртку, но и рубашку. Джонни то и дело вытирал с лица пот, и намокший платок, казалось, был в красных разводах: больной глаз снова начал дергаться, и все виделось сквозь красноватую пелену.

Внизу открылась дверь, послышался дружный топот людей, обивавших снег с обуви, и четверо мужчин в клетчатых куртках прошли по проходу и заняли места в первом ряду. Один из них тут же начал рассказывать анекдот.

Появилась молодая женщина лет двадцати трех; она привела с собой сына в голубом спортивном комбинезоне с яркими желтыми вставками. На вид ему было года четыре, и он сразу поинтересовался, можно ли поговорить в микрофон.

— Нет, милый, — ответила женщина, и они сели позади мужчин. Мальчик немедленно начал колотить ногами по спинке скамейки перед собой, и один из мужчин обернулся.

— Шон, прекрати! — сказала женщина.

Без четверти десять. Теперь дверь постоянно открывалась и закрывалась, впуская в зал мужчин и женщин всех возрастов и самых разных занятий. В зале стоял ровный гул голосов и царила атмосфера ожидания. Они собрались вовсе не для того, чтобы расспросить своего законно избранного представителя, как тот защищает их интересы в Вашингтоне. Они пришли на встречу с настоящей звездой, удостоившей посещения их маленький городок. Джонни знал, что обычно встречи с кандидатами или уже выбранными представителями проходили в полупустых залах, где сидели лишь особо стойкие поклонники. Во время выборов 1976 года в штате Мэн на дебатах между Биллом Коуэном и его соперником Лейтоном Куни присутствовало всего двадцать шесть человек, не считая прессы. Подобные встречи носили скорее ритуальный характер; их устраивали, чтобы «козырнуть» ими во время следующей избирательной кампании. Для них вполне подошли бы небольшие чуланы и кладовки. Но здесь все происходило иначе. К десяти часам все места на скамейках были заняты, а в конце зала стояло еще человек двадцать — тридцать, которым не хватило места. Всякий раз, когда дверь открывалась, Джонни сжимал в руках винтовку. Даже несмотря на беспрецедентно высокие ставки, он так и не знал до конца, сможет ли нажать на курок.

Пять минут одиннадцатого. Десять. Решив, что Стилсон почему-то задержался, Джонни с облегчением подумал, не отменил ли тот визит, но тут распахнулась дверь, и благодушный голос громко произнес:

— Всем привет! Как поживает славный Джексон, штат Нью-Хэмпшир?

По залу прокатился довольный гул. Кто-то исступленно выкрикнул:

— Грег! Как жизнь?

— У меня все путем! — тут же отозвался Стилсон. — А что у вас?

Аплодисменты сменились ревом одобрения.

— Ну что ж, отлично! — крикнул Грег и быстро двинулся по проходу к сцене, по пути пожимая руки.

Джонни разглядывал его в щель. На Стилсоне было тяжелое пальто из сыромятной кожи с овчинным воротником, а вместо привычной каски — шерстяная вязаная шапочка с ярко-красной кисточкой. У конца прохода он замедлил шаг и помахал нескольким журналистам, приехавшим на встречу. Засверкали вспышки фотоаппаратов, и по залу пронеслась вторая волна таких бурных оваций, что задрожали перекрытия.

Джонни Смит вдруг осознал, что наступил момент истины. На него с ужасающей ясностью нахлынули воспоминания о том, что ему привиделось в Тримбулле. В истерзанном болью мозгу раздался сухой деревянный треск, словно столкнулись какие-то предметы, мчавшиеся с бешеной скоростью. Возможно, это был глас Судьбы. Конечно, проще всего помедлить и дать Стилсону возможность выговориться. Проще всего позволить ему ускользнуть, а самому сидеть, обхватив голову руками, и ждать, когда все разойдутся, сторож отключит микрофон и подметет пол. И все это время тешить себя надеждой, что не все еще потеряно и все получится на будущей неделе в другом городе.

Но час пробил, и именно сейчас судьба каждого жителя Земли зависела от того, что произойдет или не произойдет в этом захолустном городишке.