Деспотичный отец и безвольная, все позволявшая мать. Политические митинги, больше похожие на рок-концерты. Обращение с толпой, телохранители…

Еще при Синклере Льюисе народ выражал уверенность в том, что Америка не приемлет фашизм, но, видимо, народ ошибся. Правда, был еще и сенатор от Луизианы Хьюи Лонг, но…

Его застрелили.

Джонни закрыл глаза, перед его мысленным взором появился Нго, нажимающий на спусковой крючок. Пиф-паф! Тигр, полосы которого светятся в ночной мгле. Какая страшная картина…

Но сеять зубы дракона нельзя. Иначе окажешься в одной компании с Фрэнком Доддом в виниловом плаще с капюшоном. Или с Ли Харви Освальдом, убийцей президента Кеннеди, или Сирханом, застрелившим Роберта Кеннеди, или Бреммером, стрелявшим в Джорджа Уоллеса. Психи всего мира, объединяйтесь! Не забывайте делать записи в дневниках и просматривать их ночами, а когда станет совсем невмоготу, закажите по почте винтовку! Джонни Смит, познакомься с Линнет Фромм по прозвищу Пискля, покушавшейся на Джеральда Форда! Рада познакомиться с вами, Джонни, мне очень близко все, что я прочитала в ваших записях. Позвольте представить вам моего духовного наставника — лидера секты «Семья» и серийного убийцу Чарльза Мэнсона. Чарли, это — Джонни. Когда вы покончите со Стилсоном, мы вместе разберемся с остальными свиньями и спасем секвойи от вырубки.

Голова у Джонни шла кругом. Скоро заломит в висках: размышления о Греге Стилсоне всегда заканчивались тяжелой головной болью. Пора ложиться спать, и только бы ничего не приснилось!

Но вопрос оставался открытым и не давал покоя.

Он написал его крупными буквами в одном из блокнотов и обвел несколько раз, словно пытаясь удержать взаперти. Вопрос звучал так: «Если бы ты вернулся на машине времени в 1932 год, то убил бы Гитлера?»

Джонни взглянул на часы. Без четверти час. Наступило 3 ноября, и выборы в год двухсотлетнего юбилея стали частью истории. Хотя в штате Огайо голоса еще не подсчитаны, но Картер опережал соперника. Все уже ясно. Все переживания позади, выборы проиграны одним и выиграны другим, Джерри Форду больше ничего не светило, по крайней мере до 1980 года.

Джонни подошел к окну. Большой особняк был погружен в темноту, но в комнате Нго над гаражом горел свет. Будущий американский гражданин смотрел великий американский ритуал, совершаемый каждые четыре года: одни пройдохи уходят, и на их место приходят другие. Не исключено, что Гордон Старчан, помощник президента Никсона, был не так уж не прав, давая ложные показания Уотергейтскому комитету. Придя к такому выводу, Джонни лег спать, но заснуть удалось не сразу.

И ему приснился смеющийся тигр.

Глава двадцать вторая

1

Как и планировалось, Эрб Смит сочетался вторым браком с Шарлин Маккензи 2 января 1977 года. Церемония состоялась в конгрегационной церкви на Саутвест-Бенд. К алтарю невесту вел ее восьмидесятилетний отец, почти слепой. Джонни стоял рядом со своим отцом и в нужный момент передал ему кольца. Все прошло безукоризненно: очень торжественно и трогательно.

На бракосочетание приехали Сара Хазлетт с мужем и сыном. Денни уже выходил из младенческого возраста, и беременная Сара светилась от счастья. Глядя на нее, Джонни почувствовал острый укол ревности, но вскоре неприятное ощущение прошло, и на приеме после церемонии он подошел к ним.

Мужа Сары он видел впервые. Тот оказался высоким и представительным мужчиной с тонкими усиками и ранней сединой. Уолтер, уже сенатор штата Мэн, с удовольствием рассказывал о перипетиях национальных выборов и трудностях работы с независимым губернатором, не обращая внимания на Денни, который тянул его за штанину и просил воды.

Сара говорила мало, но Джонни чувствовал на себе взгляд ее сияющих глаз — от него ему было немного не по себе, но все же он испытывал удовольствие, соединенное с грустью.

Спиртное лилось рекой, и Джонни позволил себе на два бокала больше двух обычных. Наверное, из-за чувств, нахлынувших на него, когда он увидел Сару, а особенно потому, что она приехала со всей семьей. Да и глядя на счастливое лицо Шарлин, Джонни впервые осознал, что Вера Смит окончательно ушла из их жизни. Вскоре после отъезда Хазлеттов он подошел к отцу невесты Гектору Маркстоуну, ощущая в голове приятный шум.

Старик сидел в углу возле остатков свадебного торта, сложив скрюченные артритом пальцы на ручке трости. Одна дужка его темных очков была обмотана черной изоляцией. Рядом стояли две пустые бутылки из-под пива и недопитая третья. Подавшись вперед, Гектор Маркстоун вгляделся в лицо Джонни.

— Ты — сын Эрба?

— Да, сэр.

Снова пристальный взгляд.

— У тебя неважный вид, мальчик.

— Наверное, слишком поздно ложусь.

— Похоже, тебе нужно отвлечься. Найти для себя развлечение.

— А вы участвовали в Первой мировой? — спросил Джонни, увидев на пиджаке старика медали, в том числе французский крест «За боевые заслуги».