Читаем Мио, мой Мио! полностью

Мы шли, держась за руки, мой отец-король и я, и легонько покачивали руками. Мой отец-король смотрел на меня, улыбаясь, и я смотрел на него и чувствовал себя таким счастливым!

– Мио, мой Мио, – всё повторял мой отец-король. А больше он ничего не говорил. – Мио, мой Мио…

Пока мы шагали в сумерках, настал вечер. А следом и ночь.

Уже давно живу я в Стране Далёкой. И всё реже и реже думаю о том, как я жил на Уппландсгатан. Только Бенку я вспоминаю часто. Я надеюсь, что он больше обо мне не тоскует. Но ведь у Бенки есть папа и мама, и, наверно, он нашёл себе нового друга.

Иногда я вспоминаю тётю Эдлу и дядю Сикстена. И больше уже на них не сержусь. Интересно, а они вообще заметили, что я исчез? Может, тётя Эдла думает, что если она пойдёт в парк Тегнера, то обнаружит меня на какой-нибудь скамейке. Она, может быть, думает, что я сижу там под фонарём, грызу яблоко и забавляюсь с пустой бутылкой из-под пива или ещё с каким-нибудь мусором. И может, она воображает, что, сидя на скамейке, я гляжу на светящиеся окна и думаю о детях, которые ужинают со своими папами и мамами. И тогда она, возможно, злится, что я до сих пор не принёс её любимые сухарики.

Но она ошибается, тётя Эдла. Ох, как же она ошибается! Нет никакого Буссе на лавочке в парке Тегнера. Потому что он живёт в Стране Далёкой. Слышите? Он живёт в Стране Далёкой! Он там, где звенят серебристые тополя… Он там, где по ночам горят костры… Там, где есть хлеб, утоляющий голод… Он живёт там со своим отцом-королём, которого он так же любит, как любит его отец-король.

Вот так обстоят дела. Бу Вильхельм Ульсон теперь находится в Стране Далёкой, и ему замечательно живётся у его отца-короля.