– Потому что здесь происходят важные вещи. Или, точнее говоря, здесь они будут происходить. И Соня – одно из лучших доказательств того, что я прав. Поэтому я не отменю свой заказ и не позволю тебе мешать ее развитию. Ты уж извини. – Уайт развел руками и встал. – Если у тебя все, мне, как я уже сказал, надо на встречу.

Фабиан хотел дать сдачи, сказать что-то убийственное. Но ему подрезали крылья, и оставалось только встать и вслед за хозяином выйти в большой зал. К счастью, Сони нигде не было видно – ни у эскиза, разложенного на полу, ни где-либо еще. Зато один стакан теперь был пуст, а в одной из подставок для яиц лежали остатки яйца. Мужчины поднялись по лестнице и пошли по балкону к наружной двери.

– Когда она закончит, мы устроим небольшой праздник, – продолжил Уайт, открыв дверь. – Будет хорошо, если ты придешь. Может, даже снова обратишь на нее внимание.

– Правильно ли я понимаю, – сказал Фабиан, выходя из дома, пока Уайт ставил на охрану и запирал, – что ты утверждаешь, что у вас с Соней чисто рабочие отношения?

Уайт повернулся к Фабиану и покачал головой.

– Нет, нет, нет. Я утверждаю, что не я неизвестное в этом уравнении, а ты и тот факт, что последние семь лет ты не видишь свою жену такой, какая она есть, – если верить ей самой. Чао-какао.

Фабиан остался стоять на месте, переваривая последние слова Уайта. Тем временем «Мустанг» тронулся с места и выехал с участка.

27

Матильда до запятой следовала указаниям, полученным от Эсмаральды. Быстро вернувшись из школы домой, она спустилась в подвал и сдвинула все ящики и всю мебель с того места, где духовное проявлялось с особой силой. С диваном не было никаких проблем, а вот зеленая тумбочка цвета авокадо была настолько тяжелой, что девочка вся взмокла. Стоявший на тумбочке старый компьютер, за которым она никогда не видела своего отца, чуть было не перевернулся.

Кроме того, Матильда положила на пол одеяла, натянула бельевые веревки и повесила скатерти, чтобы создать «пространство духа», говоря словами Эсмаральды. В конце Матильда собрала все тепловые свечи, которые только могла найти, и поставила их в круг для защиты от злых сил.

Больше никого дома не было, и им никто не помешает провести сеанс, что, по мнению Эсмаральды, важнее всего. Если сеанс не закончить, как надо, дух может еще долго витать в помещении.

От приятелей в классе Матильда много слышала о говорящей доске. Чей-то знакомый узнал счастливый номер в лотерее, сначала не поверил, а потом тот номер и правда выиграл. Другой описался прямо во время сеанса. Матильда видела в Интернете видео о том, как в парня вселился бес и он стал дрожать всем телом.

Но, по словам Эсмаральды, если четко понимать, чем занимаешься, и относиться к миру духов с уважением, бояться нечего. Например, надо говорить не «говорящая доска», а «уиджа». Получается, это вовсе не какая-то игра, а способ вступить в контакт с потусторонним миром.

Ровно в пять часов в дверь позвонили, и Матильда бросилась открывать.

– Привет, я сделала точно так, как ты сказала. – Матильда закрыла дверь за Эсмаральдой, которая кивнула и огляделась, не сказав ни слова.

Хотя ей, как и Матильде, было не больше тринадцати лет, она вела себя спокойно, как взрослый человек.

– Хорошо, что кроме нас здесь никого нет, – сказала она и стала спускаться по лестнице в подвал.

Матильда вошла вслед за подругой в комнату духа за скатертями, пытаясь понять, откуда Эсмаральда знает, что они дома одни.

– Как хорошо ты все подготовила. – Эсмаральда с улыбкой повернулась к Матильде. – Ты зажигай свечи, а я выну доску уиджа.

Матильда достала зажигалку, которую нашла в мастерской в самой глубине ящика вместе с сигаретами, и зажгла свечи. Тем временем Эсмаральда сняла с плеча потертый кожаный ранец, села на пол и вынула прямоугольный деревянный ящик со сколотыми краями и резными узорами, которые когда-то были контрастными и четкими. Теперь резьба стерлась и в некоторых местах исчезла совсем.

– Мой отец нашел это на чердаке в доме умершего почти сорок лет тому назад, – начала рассказывать Эсмаральда, осторожно откинув на ящике крючок, подняв крышку и достав планшет – указку в форме сердца с отверстием на конце – также вырезанный из дерева. После этого полностью раскрыла ящик и поставила его на пол внешней стороной вверх.

Только теперь Матильда увидела, что стертая резьба на самом деле – буквы алфавита, которые двумя дугами идут через всю доску. Под дугами с буквами стоял ряд цифр, начиная с единицы и кончая нулем в самом конце справа. В самом верхнем углу слева рядом с солнцем было написано да, и в соответствующем углу рядом с полумесяцем – нет.

В самом низу стояли слова, которые заставили Матильду понять, что все серьезно.

– Положи палец вот сюда. – Эсмаральда коснулась указательным пальцем планшета. Матильда села напротив и сделала то же самое.

– Есть здесь добрые духи? – спросила Эсмаральда. Несколько минут они молча ждали, но ничего не произошло. – Я спрашиваю: есть ли в комнате добрые духи? – повторила она, держась пальцами за планшет.