— Вот, покраснела, тебе стыдно, а зачем же ты учишь Наташу? Ведь если кто говорит неправду родителям или бабушке, это всегда видно, по глазам видно, и за это наказывают.

— Как это по глазам видно? — спросила Наташа.

— Да так, когда человек говорит не то, что думает, у него глаза делаются немного другого цвета, и это сразу заметно тем, кто его хорошо знает.

Кроме того, неправду говорить опасно, после этого люди не будут тебе верить, даже тогда, когда ты будешь говорить правду. Вот, например, у тебя, Ниночка, заболит голова в школе и ты скажешь учительнице, а учительница, зная, что ты не всегда говоришь правду, не поверит, подумает, что ты капризничаешь, и не даст тебе лекарства. И тебе может быть очень плохо, ты даже можешь умереть без помощи, так как тебе не поверят, что ты больна! Видишь, к чему это может привести?

Наташа

Наташа смотрела на Ниночку широко раскрытыми, испуганными глазами. У Наташи замечательные глаза! Удивительны они необыкновенным выражением чистоты и доверчивости. Когда она слушала, видно было, что она верит каждому слову. И теперь, видя в ее глазах так ясно выраженное осуждение и испуг, мне прямо захотелось заплакать от нежности к ней. Когда, бывало, она не жила с нами и я вспоминала ее, в моем воображении прежде всего вставали ее широко расставленные, такие доверчивые глаза!

Вечером я рассказала об этом случае маме:

— Куда проще учить детей, особенно маленьких, когда они знают Заповеди Божии. Можно просто сказать — тебя Бог за это накажет, а то пришлось целую лекцию читать, почему врать нельзя.

— Ниночка отлично знает Заповеди. Я давно заставила ее выучить. Ты напомнила ей, что врать грешно, и хорошо. Я и Наташу выучу, когда ей будет лет шесть.

— Ниночка не рассказывает в школе, что вы учите ее Закону Божию?

— Вероятно, рассказывает. Но многие бабушки это делают. Дети, они чуткие, если она заметит, что в школе не нравится, она просто не будет об этом говорить. Она еще маленькая и не видит расхождений в том, чему ее учат дома и в школе. Она ведь и в церкви ни разу не была, церкви-то в Кропоткине нет. Она, вероятно, думает, это такой порядок, то есть одни знания она получает в школе, а другому ее учат дома.

— А бывали случаи, когда школа притягивала бабушку к ответу за вредное влияние?

— У нас в Кропоткине не было.

— Надеются пересилить бабушек в пионерах и в комсомоле, — отозвался папа.

— Далеко не всех пересиливают. Например, детей крестят очень многие. Когда крестили Наташу, священник сказал, что окрестил троих, а недавно священник опять появлялся у нас, пятерых окрестил.

— А часто он приходит в Кропоткин?

— Редко и нерегулярно. И ночует всегда у разных людей.

21

Во время каникул этого года мы поехали в путешествие по Волге. Наташа поехала к бабушке, а Давыдовна в свой очередной годовой отпуск. До Сталинграда мы ехали по ж. д., и, приехав туда очень рано утром, мы первым делом пошли покупать билеты на пароход. Здесь нас ждало разочарование: билетов первого класса на ближайший пароход не оказалось. Ехать третьим не хотелось.

Мы, не отходя от кассы, стали советоваться: ехать нам третьим классом или подождать следующий пароход? Кассир услышал наш разговор и сказал:

— Вы, товарищи, купите билеты какие есть и садитесь на этот пароход. Почти всегда все билеты первого класса забронированы, но часто случается, что кто-нибудь не явится вовремя и каюты остаются свободными; тогда капитан переводит желающих из третьего класса в первый, он же и получает разницу в стоимости билета. Приходите на пароход пораньше и договоритесь с помощником капитана.

Мы поблагодарили за совет и купили билеты. Сначала мы побродили немного по городу; стояла необыкновенная жара. В центральной, асфальтированной части города было как в пекле! Мы скорее пошли на Волгу. Волгу я увидела в первый раз. Волгу, воспетую в народных песнях, в стихах поэтов, в музыке композиторов, написанную многими художниками, Волгу — матушку! Я ожидала увидеть что-то особенное, но то, что я увидела, было больше моих ожиданий.

Километровая ширина реки текла единым, мощным потоком, от этого чувствовалась не только ширина, но и многоводность. Впечатление было сильное. А за Волгой, насколько хватал глаз, уходило вдаль ровное пространство, степь!

От воды веяло прохладой, и остров, немного ниже по течению, казался идеальным местом провести день. Купив пищи, несколько бутылок пива и кваса, мы, наняв лодочника, поехали на остров.

На наше счастье, день был будничный и остров почти пустынный. Мы немедленно начали купаться. Войдя в воду, я заметила, что на дне в одном месте, совсем недалеко от берега, вода очень холодная, очевидно, где-то недалеко выбивался источник. В этом месте мы закопали бутылки с выпивкой в песок и к обеду они сделались холодными, как из ледника. Когда захотели есть, развели костер и на палочках поджаривали охотничью колбасу, а в золе пекли яйца. День прошел очень быстро, и когда в шесть часов за нами приехал, как было условлено, лодочник, мы страшно жалели, что назначили его приезд так рано.