Читаем Мимикрия пустоте полностью

Есть у человеческой твари удивительная черта, когда ни с того, ни с сего, она – хотя ситуация того совершенно не требует, а зачастую, напротив, даже окорачивает – считает необходимым высказать свое мнение. Непрошенное, до пошлости узколобое суждение, которым бравируют абсолютно невоспитанные, никчемные персоны, убежденные в своей исключительной правоте. Уверенные в незыблемости построенного постулата, они наивно полагают о неизбежном разрушении предубеждений собеседника и обязательном расположении к себе.

О, милый читатель, думаю, не сложно догадаться, что наш увертливый уж оказался описываемым выше ничтожеством. Инфантильно полагая, что, выслушав чужую позицию, потенциальный покупатель загорится большим желанием приобрести товар, торговец выпалил свою речь, а затем, немного отдышавшись, добавил:

– Могу продать по сниженной цене, уж больно вы мне понравились.

– Нет, спасибо, – Эдвардс манерно поднял ладонь в знак отказа, тактично умолчав об отсутствии взаимной симпатии и оставив данную мысль лишь в своей голове. – Я в исключительно исследовательских целях интересуюсь. А насчет здоровья вы глупости не говорите. Отрицание доказанных явлений не исключает их существования, но делает вас – здесь мы все должны отдать должное отпущенному Эдвардсом каламбуру, – клоуном. Подобная практика уже не раз доказывалась фанатиками и, к счастью, исход всегда за последователями Галилео.

С каждым словом Жоржа его голос извергал все больше обиженной злости, а руки, казалось, самостоятельно пустились в пляс и, желая высвободить всю накопившуюся страсть, спешно перешли в джигу. Незаинтересованность в споре – после тяжелой поездки на почтовых в могильной тишине и губительного сна в номере гостиницы – стихийно сменилась желанием выговориться. Клоун звучно откашлялся, огляделся по сторонам, словно боясь, что за ним наблюдают и, убедившись в полной безопасности, продолжил неоконченную мысль.

– Пожалуй, я готов согласиться лишь с той частью вашего утверждения, которая затрагивала занятость человека. Болезнь болезнью, но только за собственное здоровье каждый будет отвечать самостоятельно. И так как губим мы себя зачастую своими же руками – вот этими…

– Ай! – неожиданно раздалось после очередного резкого жеста руками Эдвардса.

Испугавшись громкого вскрика, клоун неприятно вздрогнул. Быстро переведя свой взор на источник звука, он с удивлением обнаружил мальчика, ставшего жертвой его вечно подвижных конечностей. Будет ли банальным сообщить дорогому читателю, что потерпевшим оказался уже неплохо известный нам Орлов Евгений Иванович?

И если всякий соберется бросать обвинения о невозможности стечения данных обстоятельств, то пусть он оглянется и задаст себе вопрос – не вся ли наша жизнь стечение больших или маленьких случайностей? В конце концов, каким образом мальчик мог проводить свободное время, если не прохаживаясь приятным летним вечером по обожаемой ярмарке? И неужели многочисленные книги, журналы, газеты, брошюры и картинки не повод для читающего ребенка подойти к имеющей все из вышеназванного палатке? Так или иначе, описанное стечение обстоятельств произошло, безоговорочно оставив всякому из нас возможность наблюдать за реакцией каждого из участников.

– Да что ж такое! – виновато закричал Жорж. – Никак не могут перестать калечить людей! Приношу свои искренние извинения, молодой человек, мне очень жаль быть виновником произошедшей ситуации.

– Ничего страшного, дяденька. Только скажите вашим быстрым рукам в следующий раз летать поосторожней.

– Я категорично заявляю, что тебя они больше не посмеют обидеть, – Эдвардс заметно покраснел. – Более того, у меня есть идея и устойчивое желание загладить собственную вину. Уважаемый, – саркастически обратился он к торговцу макулатуры, все это время молча наблюдавшему за происходящим, – покупать я у вас ничего не собираюсь. Быть может, в следующий раз.

– Все вы так говорите, – Уже скорее в пустоту ответил офеня и, оставив без внимания клоуна с мальчиком, снова стал зазывать толпу, выискивая тех, кому можно будет высказать свое важное мнение по любому вопросу.

Новые знакомые, тем временем, отошли на десяток шагов подальше.

– Итак, моя идея… кстати, а как тебя звать-то?

– Родители Женей прозвали.

– Женя, у меня предложение. Дабы сгладить вину за нанесенный мной удар и очистить собственную запятнанную данным проступком совесть, я даю тебе возможность выбрать на ярмарке все, что пожелаешь. Что думаешь?

– Не знаю, мне мама говорит не ходить за незнакомыми дяденьками. К тому же, мне очень неловко от вашей попытки загладить нелепый случай, в котором вашей вины не более моей.

– Все правильно твоя мать говорит, только что же я смогу натворить, имей я в помыслах злое? Людей кругом – яблоку упасть негде. Блюстителей порядка тоже в достатке, силой я тебя никуда не уведу. Но не сочти за раздражительное настаивание, конечно же, если не хочешь, твое право. – Жорж медленно развел руки в стороны. – Возьми хотя бы пару рублей, иначе, клянусь, не уснуть мне сегодня.