Олег Агранянц

Милый Гектор

1. Литераторша из Канузино

1. В желтой жаркой Африке

— Да, месье, отъезд на экскурсию назначен на девять часов утра. Обед предусмотрен в кафе на берегу водопада. Стоимость обеда включена в стоимость экскурсии. Хорошо. Мы вас разбудим в семь тридцать.

Дежурный администратор повесил трубку и посмотрел на вставленные в стену большие циферблаты. Их было пять, над ними висели таблички: «Париж», «Лондон», «Франкфурт», «Токио», «Нью-Йорк», но все они показывали местное время: одиннадцать часов тридцать минут. До полуночи оставалось полчаса.

Он подозвал сонную служащую:

— Можешь идти отдыхать, Клемане. Сегодня клиентов больше не будет. Но далеко не уходи.

На нем был аккуратный голубой костюм — цвета отеля — и голубой галстук. На Клемане — коротенькое, выше колен, платьице, тоже голубого цвета.

— Спасибо, месье Жанвье, — ответила Клемане и быстро исчезла.

В это время в холле появились четыре человека: один европеец и трое местных.

Немолодого европейца можно было даже назвать стариком: грузен и седоволос, в тропическом костюме цвета кофе с молоком, светлой рубашке и коричневом галстуке. В руках он держал портфель.

Сопровождавшие его африканцы были хорошо сложены и одеты в одинаковые белые рубашки. Жанвье заметил на рубашке каждого какой-то странный знак, а под ним слово «Аврора» и без труда догадался: ребята из какой-нибудь охранной организации, в последнее время таких развелось много. Работать они не мешали, даже иногда помогали.

Вошедшие сели в кресла, начали о чем-то говорить. Точнее, говорил европеец, остальные его слушали.

Потом европеец встал и подошел к Жанвье:

— Бар работает всю ночь?

— Да, месье.

— Как туда пройти?

— Около лифтов поверните налево и пройдите по коридору. Вы увидите надпись на двери: «Бар «Гермес».

Кивком головы старик поблагодарил Жанвье и направился к бару. Со своими спутниками он не простился.

В баре было настолько темно, что старик сначала смог различить только миниатюрные свечи на столиках и аляповатую лампу в виде пальмы. Потом кингконговских габаритов бармена и людей за столиками.

Через несколько минут, окончательно осмотревшись, он решительно двинулся к столику, за которым сидел мужчина лет пятидесяти в малиновой рубашке с короткими рукавами, на руке — большие и, вероятно, очень дорогие часы. На столике перед ним стояли три пустых стакана, четвертый он держал в руке. Скорее всего, пил он виски: его обычно подают в таких широких стаканах.

— Ржавцев? Ростислав Романович?

Сидевший за столиком не пошевелился. Старик настойчиво повторил:

— Ржавцев? Ростислав Романович?

Сидевший за столиком ответил, не поднимая головы:

— Да. Ржавцев Ростислав Романович. И что теперь?

— Заведующий консульским отделом русского посольства Индейкин Петр Васильевич.

Сидевший за столиком наконец поднял голову:

— Индейкин, говорите?

— Индейкин.

— Богата фамилиями земля Российская.

— Я могу присесть?

Человек, которого старик назвал Ржавцевым, утвердительно кивнул. Старик сел за столик, попытался поставить портфель на стол, но не нашел места и оставил его в руках.

— И что вам нужно от меня в столь поздний час, человек с фамилией Индейкин?

— Я хочу задать вам несколько вопросов.

— Вы выбрали неудачное время, господин Индейкин. Сегодня я занят. Сегодня у меня деловая встреча.

— Уже первый час ночи.

— Бог Гермес, покровитель дельцов и путников, был, увы, не в ладах с богом Хроносом, покровителем времени. Впрочем, — он посмотрел на свои часы, — я не могу не отметить, что и вы не в ладах с Хроносом. Кроме того, я не обязан отвечать на ваши вопросы. Я давно уже не гражданин России, и, думаю, в посольстве это хорошо известно.

Индейкин немного смутился:

— Дело в том, что я служу в русском посольстве не здесь. Не в этой стране.

В первый раз сидящий за столом выразил заинтересованность:

— И где же вы служите?

— Скажем так, в одной европейской стране.

— И прилетели сюда, чтобы полюбоваться африканской экзотикой? Похвально. Что вас интересует? Флора? Фауна? Я могу вам порекомендовать гида. Он говорит по-русски. Хотя вы дипломат и знаете кучу иностранных языков.

— Спасибо. Но я прилетел сюда специально ради вас.

— Вы мне льстите. Вы сотрудник разведки?

— Я сотрудник консульского отдела. Постановка вопросов, имеющих личный неполитический характер, а также регистрация ответов на них возлагается на сотрудника консульского отдела. Коим я и являюсь.

— Неполитический характер, вы сказали?

— Неполитический.

— Это утешает. Я не люблю фильмы про шпионов. Завтра утром я буду в вашем распоряжении.

— К сожалению, завтра утром я должен улетать.

— Могу только посочувствовать. Я действительно жду одного человека.

— Но, может быть, до его прихода вы найдете время ответить на несколько вопросов?

— О чем эти вопросы?

— Речь пойдет о событиях, произошедших в 1986 году.